ЧичасовГод назад парламентские выборы в Кыргызстане закончились беспорядками, в результате которых было свергнуто правительство страны. Многие протестующие тогда призывали к переменам. 

Как изменилась жизнь в Кыргызстане? Оправдались ли надежды жителей Кыргызстана на изменения к лучшему? На эти другие вопросы должны были дать ответ парламентские выборы, которые состоялись 28 ноября.

Депутатов Жогорку Кенеша (Верховного Совета) седьмого созыва избирали по новой  смешанной системе  — 54 по партийным спискам, 36 — в одномандатных округах. На места в высшем законодательном органе претендовали 21 политическая партия и почти 300 кандидатов, которые баллотировались по одномандатным округам. В законодательство о выборах были внесены изменения: избирательный барьер для политических партий с 7% до 5%, сумма залога для участия в выборах была уменьшена с 5 млн. до 1млн сомов. (около 300 тыс. грн.). Кроме того впервые в истории в парламентских выборах не участвовала  президентская партия. Глава государства запретил своей политической силе — «Мекенчил» («Патриот») — участвовать в  избирательной гонке и предупредил госаппарат, что поддержка любой партии за счет административного ресурса будет караться не только увольнением с должности, но и уголовным преследованием. 

Как отмечает, Радио Свобода, для тех, кто в прошлом году призывал к люстрации, имена многих кандидатов, пытающихся получить места на грядущих выборах, наверняка выглядят удручающе знакомыми. Это бывший спикер парламента и лидер партии «Ата-Мекен» Омурбек Текебаев, бывший глава Коммунистической партии Кыргызстана Исхак Масалиев, который был кандидатом от партии «Онугуу-Прогресс» в 2015 году и на этот раз баллотируется как кандидат от партии «Бутун Кыргызстан». Другой бывший спикер парламента и бывший член партии «Ата-Журт» Ахматбек Келдибеков баллотировался в качестве кандидата от партии «Азаттык».

Нынешний депутат Искендер Матраимов, брат подозреваемого в коррупции Райымбека Матраимова, баллотировалсяся в избирательном округе № 9 в южном Кара-Сууйском районе на место, которое когда-то занимал его брат Тилек.  Одним словом, список  «не совсем новых лиц» и «сбитых летчиков» получился очень и очень значительным. 

Пока, по предварительным данным, в состав парламента проходят шесть партий три пропрезидентские «Ата-Журт Кыргызстан», («Отчизна Кыргызстан»)-16,6%, «Ишеним» («Доверие»)-13,%, и «Ынтымак» («Согласие») — 10,6%.  Религиозная партия  «Ыйман Нуру» («Свет веры») –преодолела избирательный барьер с результатом – 5,2%. Ее эксперты тоже относят к проправительственным силам. Партии «Альянс» и «Бутун Кыргызстан» («Единый Кыргызстан») закончили избирательный марафон соответственно с 8% и 6,6%.

Парламентские выборы в Кыргызстане проходили при рекордно низкой явке, всего 32,25%. На прошлогодних, которые привели к массовым беспорядкам и смене власти в республике, явка составила 56,89%.  Это было четвертое общенациональное голосование за последние 14 месяцев, и с каждым новым голосованием явка неуклонно падала.

Не обошлось и без скандалов. Представители пяти политических партий Кыргызстана отказались признавать результаты выборов депутатов национального парламента.

«Мы не признаем итоги этих выборов, требуем объявить их недействительными и провести новое голосование», — говорится в распространенном ими совместном заявлении. Политики также считают, что результаты были сфальсифицированы. Такое заявление сделали представители партий «Улуттар биримдиги» («Гармония народа»), «Реформа», «Ата-Мекен» («Отечество»), «Азаттык» («Свобода») и социал-демократы.  Дело в том, что  на сайте ЦИК республики во время обработки поступающих с участков сведений произошел сбой в системе. В результате страница некоторое время была недоступна для просмотра. После возобновления ее работы на ней появились сведения, которые отличались от предыдущей версии. Как пояснила глава Центризбиркома Нуржан Шайлдабекова, проблемы с сайтом были связаны с ошибками в программном обеспечении, которые удалось устранить.

Президент Кыргызстана Садыр Жапаров уже пообещал, что виновных в сбое привлекут к ответственности. На своей странице в Facebook он написал:  «Пересчитайте вручную. До тех пор, пока все бюллетени не будут полностью пересчитаны и партии, высказывающие недовольство, не будут удовлетворены, избирательные бюллетени нельзя перемещать. Если будет выявлена фальсификация со стороны ЦИКа, то всех сотрудников ведомства привлекут к ответственности. Они ответят головой. Так же, как власти не вмешивались в избирательный процесс, никто не вмешивался и в работу самого ЦИКа. Если произошло вмешательство, то его члены должны четко указать, кто это сделал». В итоге ЦИК уже начал ручной подсчет бюллетеней. 

Что интересно, что ни одна из партий, которые в течение последних лет, главенствовали в парламенте, в него не попали. Такие  партии, как «Ата-Мекен» и «Социал-демократы» даже на двоих не смогли набрать необходимые для попадания в парламент 5%. Как отмечает «Коммерсант», главный сюрприз преподнесла партия «Ыйман нуру» («Луч веры»), представляющая интересы верующих. Мусульманская партия уверенно преодолела избирательный барьер, опередив более раскрученные и известные политические бренды. Кроме того, не все эксперты ожидали в новом составе парламента и «Альянс» — сборную «солянку» из политиков «старых партий». Не растеряла свой электорат и оппозиционная всем и всегда партия «Бутун Кыргызстан». Во времена президентских правлений Алмазбека Атамбаева  и Сооронбая Жээнбекова эта партия всегда останавливалась в шаге от преодоления предвыборного барьера. 

Как отмечают многие эксперты, партии, поддерживающие президента и правительство – «Ата Журт Кыргызстан» («Отчизна – Кыргызстан»), «Ишеним» («Доверие») и «Ынтымак» («Согласие»), к которым присоединятся и многие «мажоритарщики» могут составить парламентское большинство. В таком случае Садыр Жапаров получит  контроль и над парламентом. Кстати, сам президент  уже призвал признать итоги выборов. 

Однако оппоненты президента, несмотря на громкие заявления Жапарова о «чистоте» выборов начали обвинять его в том, что накануне выборов он «зачистил» своих основных оппонентов. За день до голосования спецслужбы Кыргызстана сообщили о задержании 15 человек, в том числе депутатов и бывших высокопоставленных чиновников, которые якобы готовили заговор с целью свергнуть власть. Имен задержанных, однако, при этом называть не назвали.  Еще одной особенностью кампании стало то, что от теневого участия в ней отстранили едва ли не всех местных олигархов. За последние месяцы через СИЗО Госкомитета национальной безопасности (ГКНБ) прошли богатейшие бизнесмены республики. На многих из них завели уголовные дела, но некоторые миллионеры согласились сотрудничать со следствием и были выпущены под домашний арест.

И еще один вопрос, который волнует всех: станут ли итоги выборов прологом для четвертой революции? Выйдет ли народ на новые протесты, как это было в 2020 году. Ведь не секрет, что главный нерв политической жизни Кыргызстана последних лет – это  борьба за власть между различными  региональными группировками. И от внутреннего консенсуса зависит политическая стабильность в стране.

Клановый неплюрализм

События октября 2020 года во многом обнажили суть устройства Кыргызстана. Формально политика выглядит так, что в стране есть власть и оппозиция, политические партии, их программы, конкурентные выборы. В реальности же каждая партия – это такая витрина  определенной группы, сформировавшейся вокруг авторитетных лидеров и объединенной земляческими, родственными и другими неформальными связями. 

Население республики исторически занималось животноводством, предполагающим распределение между разными частями общества территорий для пастбищ. При этом отношения в обществе в основном носили горизонтальный характер: старейшины кланов договаривались о распределении пастбищ и воды, и лишь в периоды войн или других вызовов организовывались в крупные объединения с избранным лидером. Такая горизонтальная социально-политическая организация во многом и сегодня определяет особенности политической культуры и взаимоотношений между разными частями киргизского общества. Ключевая ее характерная черта — необходимость сохранения баланса представительства всех основных региональных групп влияния в управлении государством. Каждый раз нарушение этого хрупкого равновесия для правящей элиты означало начало роста недовольства и противодействия со стороны ущемленных групп и кланов, и как следствие- взрыв недовольства и революцию.

Условно группы влияния можно разделить на выходцев с севера Кыргызстана (Чуйская, Таласская, Иссык-Кульская и Нарынская области) и выходцев с юга (Ошская, Джалал-Абадская и Баткенская области). При всей условности этого деления, не учитывающего сложность родовых, племенных и личных отношений между представителями элиты  в самом Кыргызстане именно эта схема чаще всего используется для объяснения процессов в стране. Поскольку любой политик, крупный бизнесмен или криминальный авторитет опирается преимущественно на своих родственников, земляков или выходцев из соседних областей. 

Борьба между северными и южными элитами идет не одно десятилетие. Некоторые утверждают, что это борьба восходит чуть ли не ко временам Кокандского ханства.  Однако факт остается фактом: именно в последние 15 лет борьба «северян» с «южанами» стала главной причиной  конфликтов в кыргызстанской политике. Так было, когда северянин Аскар Акаев постепенно перестал учитывать чаяния и интересы южных групп влияния. В итоге он потерял власть и вынужден был бежать из страны в марте 2005 года. Следующая революция произошла в апреле 2010 года, когда возглавивший после первой революции страну  южанин Курманбек Бакиев вместе с семьей сосредоточил в своих руках не только все ключевые посты в руководстве республики. Он стал доминировать в экономическом секторе, с помощью своего сына начав перехватывать контроль над ключевыми экономическими активами страны (главным образом энергетика и добывающая промышленность, в том числе добыча золота и цветных металлов, составляющая 4,4% ВВП.). Ответ со стороны общества и ущемленных кланов не заставил себя ждать. Единственным киргизским президентом, который отслужил свой срок от и до и самостоятельно закончил свою каденцию (2011-2017), стал Алмазбек Атамбаев. Это удалось ему во многом благодаря умению выстраивать партнерские отношения с разными региональными и политическими группами Кыргызстана, что позволило вовлекать в руководство республики представителей совершенно разных политических сил и тем самым обеспечивать ее легитимность в глазах политической элиты страны и ее населения.

Сооронбай Жээнбеков, преемник Атамбаева, ставший президентом во многом благодаря его всемерной поддержке, с самого начала стал проводить противоположную политику. Он сначала рассорился с самим Атамбаевым, затем лишил его конституционной неприкосновенности. После короткого, но достаточно ожесточенного столкновения со сторонниками Атамбаева с привлечением ОМОН Жээнбеков добился его ареста и суда. Этого было достаточно, чтобы настроить против южанина Жээнбекова северные группы республики. Однако глава республики на этом не остановился и продолжил перехватывать контроль над процессами, вычищая сторонников Атамбаева и представителей других кланов из власти. Последним оплотом, неподконтрольным Жээнбекову, оставался парламент, так как он был сформирован в свое время еще при Атамбаеве. Поэтому на парламентскую кампанию 2020 года перед властями стояла задача обеспечить максимальное присутствие в законодательном органе пропрезидентских сил. И вопреки инстинкту политического самосохранения больше половины мандатов досталось партиям из орбиты президента: «Биримдик» (контролируется братом президента Асылбеком Жээнбековым) и «Мекеним Кыргызстан» (за ней стоит влиятельная ошская семья Матраимовых). Возникло ощущение, что Сооронбай Жээнбеков стремится полностью консолидировать все рычаги управления страной и финансовые потоки в руках своего клана и дружественных выходцев с юга. Тотальная победа южан, вкупе с многочисленными сообщениями о фальсификациях и использованием админресурса возмутила север страны, причем не только обезличенное общество, но и вполне конкретные и хорошо организованные группы выходцев из северных областей – отсюда и столь быстрая мобилизация протестующих в расположенном на севере Бишкеке, где северяне смогли легко получить численный перевес на улице. 

Подобная недальновидная самоуверенность Жээнбеков стала началом его политического конца, а события в третий раз в истории независимости республики стали разворачиваться по революционному сценарию. Груз накопленных обид между ведущими политиками, озлобленность общества и отсутствие скорых перспектив восстановления экономики сделали ситуацию взрывоопасной. 

Скажем откровенно, Жээнбеков стал жертвой своего политического «обжорства». Сообщения о фальсификациях и тотальном использовании административного ресурса на фоне пандемии и экономического кризиса «взорвали» общество.

Людей сильно обозлило то, как Жээнбеков проявил себя во время борьбы с вирусом. В Кыргызстане, как и в других странах Центральной Азии, власти не были готовы к пандемии и плохо с ней справились. В отличие от соседей, в Кыргызстане существует свобода слова ,и  информация о катастрофе с Covid-19 в стране стала известна всем. Когда еще выяснилось, что выделенные международными организациями деньги на борьбу с Covid-19 разворовали, а члены правительства ушли во внеплановый отпуск, общество уже было на грани.

Немалую роль в «разогреве» ситуацию  сыграл и экономический кризис, который Кыргызстан переживает очень остро. Спад охватил и те страны, где востребована киргизская рабочая сила, – в первую очередь Россию и Казахстан. В 2020 году карантинный режим  привел к снижению потока средств от киргизских мигрантов на родину. По данным Нацбанка Кыргызстана, в апреле 2020-го объем денежных переводов физлиц из России упал на 62%. А лишились работы  в России 38% мигрантов из Кыргызстана   52% – всех источников дохода. Около 200 тысяч молодых мужчин, потеряв работу за рубежом, вернулись обратно. Сильно пострадал и бизнес – в отличие от многих других стран правительство Кыргызстана не объявило налоговых каникул или других существенных мер помощи. В итоге обстоятельства сложились такие, что на их фоне ситуации 2005 или 2010 годов, когда свергали Акаева и Бакиева, были, чуть ли не воплощением стабильности.

Третья революция

Для того, чтобы понять основные политические тренды сегодняшнего дня Кыргызстана следует обратиться к событиям годичной давности. Именно они дают ключ к пониманию того, как события октября 2020 года  в очередной раз не оправдали надежд протестующих, а революционный порыв   был использован для прихода к власти очередной группы влияния.

Немного хронологии.

Тогда 5 октября, собравшиеся на площади Ала-Тоо, колыбели революций 2005 и 2010 годов, требовали аннулировать результаты голосования и провести выборы заново. До вечера демонстрация была мирной, и милиция лишь призывала собравшихся разойтись. Когда стало темнеть, к протестующим начало прибывать подкрепление – в основном молодые и крепкие мужчины с окраин столицы и близлежащих поселков.

Чтобы предотвратить штурм правительственных зданий, силовики попытались разогнать демонстрантов спецсредствами, однако приказ стрелять так и не отдали. В результате ночью толпа, перегруппировавшись, прорвала ограждение и захватила главный центр власти в стране – в бишкекском Белом доме находятся и киргизский парламент, и президентская администрация.

Затем толпа двинулась к следственному изолятору Государственного комитета национальной безопасности, откуда вскоре освободила экс-президента Алмазбека Атамбаева, а позже – бывшего главу его администрации Фарида Ниязова, экс-премьера Сапара Исакова. Среди освобожденных «узников» был и Садыр Жапаров, нынешний президент Кыргызстана, который буквально сразу включился в борьбу за власть. Напомним, что Жапаров в  2007 по 2010 год он был депутатом, выиграв выборы, как кандидат от пропрезидентской партии «Ак Жол». В апреле 2010 года, во время второй революции в Кыргызстане, был свергнут бывший тогда президентом Курманбек Бакиев. Жапаров был снова избран депутатом в 2010 году, когда баллотировался от партии «Ата-Журт», но затем он был арестован при попытке штурма здания парламента в октябре 2012 года. Позже его судили и признали виновным в попытке свержения правительства. Через несколько месяцев Жапаров был освобожден, но вскоре был обвинен в причастности к попытке похищения чиновника на северо-востоке Иссык-Кульской области. Жапаров бежал из Кыргызстана, а когда вернулся в 2017 году, был арестован, предан суду, осужден за попытку похищения и приговорен к 11,5 года лишения свободы.

Охранявшие фигурантов силовики не просто не сопротивлялись – некоторые даже объявили, что они теперь «тоже с народом». Кабинет действующего президента Сооронбая Жээнбекова, правящего в Кыргызстане с 2017 года, заняли люди в медицинских масках, делавшие селфи в кресле главы государства и разбиравшие интерьер на сувениры. Жээнбеков не стал повторять ошибку своего предшественника Курманбека Бакиева, свергнутого в 2010 году. Тот в революционной ситуации велел стрелять по штурмовавшей Белый дом толпе и в итоге потерял и власть, и шансы на участие в политическом процессе после своего свержения. В итоге на следующий день после переворота ЦИК республики отменил результаты злополучных выборов, а Кыргызстан охватило броуновское движение, в котором на площадях многих городов проходят стихийные митинги, где протестующие поднимают самые разные проблемы – от украденных выборов до коррупции на локальном уровне. 

Особую активность проявлял именно Садыр Жапаров, сторонники которого на митинге сразу назначили его премьером. Накануне поздно вечером часть депутатов в отеле «Достук» выразила согласие на то, чтобы Жапаров возглавил Кабмин. При этом заседание проходило закрыто, с нарушением процедур и  как отмечали отдельные СМИ, под давлением со стороны ОПГ. Жапаров стал считать себя премьером и пригласил в свое правительство лидеров молодежного протеста — Тилека Токтогазиева и Эльвиру Сурабалдиеву.  Сторонники Жапарова митинговали у дома правительства, а сам политик, считавший себя легитимным премьером (при наличии премьера Кубатбека Боронова, отставку которого президент Сооронбай Жээнбеков на тот момент еще не принял) дал первые важные обещания. Он заявил, что президент  Жээнбеков уйдет в отставку, а экс-зампред таможни и фигурант журналистских расследований о коррупции и контрабанде Райым Матраимов будет взят под стражу, как только Жапаров официально приступит к работе. Популизм Жапарова и давление улицы принесло свои плоды:  депутаты и спикер, да и сам президент дрогнули и 14 октября парламент  избрал Садыра Жапарова премьер-министром. Хотя многие депутаты утверждали, что им угрожали. В итоге президент подписал указ о его назначении и Жапаров представил свой Кабмин. 

А на следующий день президент Кыргызстана Сооронбай Жээнбеков добровольно ушел в отставку, аккурат через три года с момента своего избрания. В своем обращении он отметил, что, к сожалению, агрессия не утихает, требование моей немедленной отставки продолжается. Текущая ситуация близка к двустороннему конфликту. С одной стороны — протестующие, с другой —  правоохранительные органы. Военнослужащие и правоохранительные органы обязаны применять оружие для защиты госрезиденции. В этом случае прольется кровь, это неизбежно. Я призываю обе стороны не поддаваться провокациям. Жээнбеков отметил, что, не держится за власть, и не хочет остаться в истории Кыргызстана как президент, проливший кровь и стрелявший в собственных граждан. Поэтому принял решение уйти в отставку и призвал Жапарова и других политиков увести своих сторонников из столицы страны и вернуть мирную жизнь бишкекчанам. 

16 октября парламент принял отставку Сооронбая Жээнбекова и  назначил Жапарова и.о. президента. А тот в свою очередь назначил своего друга Камчыбека Ташиева главой Госкомитета нацбезопасности. Ташиев и Жапаров являлись давними соратниками и соучредителями  партии «Мекенчил». Также Садыра Жапарова, Камчыбека Ташиева и Таланта Мамытова оправдали по делу о попытке захвата Белого дома в 2012 году. Верховный суд в этот день также снял с Жапарова его вторую судимость — о захвате в заложники Эмильбека Каптагаева в 2013 году, бывшего тогда губернатором Иссык-Кульской области. 

Затем  Жапаров  провел ряд назначений руководителей ведомств, в том числе из тех, кто участвовал в протесте против итогов выборов, а после поддержал его. Даже бывший противник Жапарова Тилек Токтогазиев вошел в его команду, став министром сельского хозяйства. Жапаров объявил экономическую амнистию, по которой коррупционеры не будут преследоваться, если отдадут «наворованное» государству. 

22 октября ЦИК назначила повторные парламентские выборы на 20 декабря. Но депутаты решили перенести их на весну и провести их после референдума по поправкам в Конституцию. Происходило это все на фоне громкого задержания криминального авторитета. Камчы Кольбаева, которого называли «коронованным вором в законе». Это очень колоритный персонаж. В конце 2017 года его внесли в «черный список» Минфина США. Там Кольбаева называют частью «Братского круга», международной преступной группировки, в которую входят лидеры и члены нескольких евразийских ОПГ. Также он был  внесен в список самых крупных наркобаронов мира.

Свою славу он получил еще в лихие 90-е годы. В конце 90-х он соперничал за сферы влияния с криминальным авторитетом Рыспеком Акматбаевым, но за попытку покушения на последнего, а также за убийство двоих «рыспековцев», был в 2000 году приговорен к 25 годам лишения свободы.  В 2006 году он сбежал после перевода в колонию-поселение, а год спустя власти Кыргызстана прекратили его поиски. До второй революции 2010 года вёл полуоткрытый образ жизни, а  в 2010 года Кольбаева снова задерживали, он снова сбегал, и в итоге оказался в Объединённых Арабских Эмиратах. В 2011 году власти Кыргызстана требовали экстрадицию Кольбаева, и он даже задерживался на некоторое время Интерполом, но в сентябре того года был отпущен. В 2013 году в Кыргызстане его приговорили к трем годам лишения свободы — при этом обвинение требовало 14 лет. Он был признан виновным только по статье «Вымогательство» Уголовного кодекса и оправдан по шести статьям 

Уже через год Кольбаева отпустили на свободу, а Госдепартамент США объявил информацию о вознаграждении в размере до 1 миллиона долларов за информацию, «которая приведет к нарушению финансовых механизмов» Кольбаева.

Камчы Кольбаев состоит на учете в МВД в качестве лидера организованной преступной группировки — по информации ведомства в 2018 году в нее входило 424 человека. Ранее кандидат в депутаты от  партии «Бутун Кыргызстан» Омурбек Суваналиев, бывший глава МВД, сообщал, что за многими влиятельными партиями на прошедших выборах в парламент стоял именно криминальный авторитет Камчы Кольбаев. Тогда же «поползли» слухи о связи Кольбаева с нынешним президентом Садыром Жапаровым. Последний, кстати, эту связь категорически отрицал.

А тем временем сам Жапаров подтвердил, что президентские выборы пройдут 10 января 2021 года. Уже 30 октября 2020 года начался процесс кандидатов в президенты  и первым, кто подал документы в ЦИК для участия в выборах, стал Адахан Мадумаров. Для него это были третьи выборы президента, а через день подал документы Арстанбек Абдылдаев — он же известен как Арстан Алай. В 2019 году он объявил себя божеством, спрогнозировал уход Жээнбекова с поста президента в 2020 году и пообещал, что люди изберут новым президентом его. Это третьи выборы президента для Абдылдаева. Кроме него в выборах решили участвовать Кубан Чороев и Назар Нышанов. Оба уже участвовали в выборах 2017 года. Впрочем, к началу агитации оба не дошли.  А 14 ноября, в последний день, когда можно подать заявление об участиях в выборах Жапаров  передал  полномочия и.о. президента спикеру Таланту Мамытову и зарегистрировался кандидатом в президенты. Третья революция завершилась  и стала прологом для новых изменений в стране. Революционные волны вынесли на властный Олимп Садыра Жапарова, который по-сути стал главным выгодополучателем революционных событий, в итоге отправившись из тюремной камеры в президентский кабинет. Как отмечает киргизский интернет-ресурс Kloop.kg, революцию 2020 года «отжали» сторонники Жапарова, и это поставило крест на надеждах многих молодых протестующих и женщин, вышедших на улицы 5 октября и в последующие дни. То, как хваткие политики пришли к власти на молодежной волне, пока волонтеры убирали последствия митингов, а дружинники охраняли город от вероятных мародерств, конечно, разачаровало многих участников протеста. О том, что молодежь использовали, сказал певец Мирбек Атабеков, впервые вышедший на митинг после того, как были озвучены итогов выборов. Кстати то, что молодежь использовали, признал и Садыр Жапаров в одной из своих речей. 

У многих участников протеста или солидарных ему осталось неприятное послевкусие из-за того, что не произошло люстрации и кардинальных перемен. Хотя кардинальных перемен не принесли и прежние революции, ведь политической элитой остаются люди, работавшие при прежних президентах Кыргызстана. Прошедший протест продемонстрировал невероятную перестановку мест политиков — один из колонии (Жапаров) сел в кресло премьера и и.о. президента, другой (Атамбаев) оказался в колонии. Оба при этом оказались на свободе благодаря недовольным итогами выборов в ночь на 6 октября, но Атамбаева задержали, пока Жапарова восхваляли депутаты.

Кроме того, отличие третье революции от  двух предыдущих было в нежелании  мировых и региональных держав вмешиваться в киргизские события. Руководство России, располагающее самым эффективным набором инструментов для влияния на ситуацию, похоже, было застигнуто врасплох. На фоне нового всплеска заражения вирусом, кризиса в Белоруссии, войны в Нагорном Карабахе, ссор с лидерами ЕС и  ожидания исхода выборов в США Кремль не уделял Кыргызстану много времени. При любом раскладе Москва была готова работать с тем, кто выиграет во внутренней борьбе. Не менее показательна и демонстративная осторожность Китая, который многие слишком поспешно записывают в главную внешнюю силу в Центральной Азии. Несмотря на растущее экономическое присутствие в регионе и особенно в Кыргызстане (свыше 43% из $4,7 млрд. внешнего долга страны приходится на финансовые институты КНР), Пекин пока не умеет конвертировать его в политические рычаги. Именно поэтому официально Китай не комментировал события в соседней стране, и лишь посольство предупредило граждан об опасности и открыло специальную горячую линию. Учитывая предвыборную драму  в США, Вашингтону было  точно не до далекого Кыргызстана и, как, впрочем, и Европе. Претендующие на региональное лидерство в Центральной Азии Казахстан и Узбекистан также не вмешивались. Казахстанский президент Касым-Жомарт Токаев заявил, что события 5 октября – «внутреннее дело» Кыргызстана, а Ташкент попросту закрыл с нестабильным соседом границу. 

Будет ли четвертый протест?

Главными причинам протестов 2020 года стали массовые фальсификации и использования властью административного ресурса. На этот раз страна, которая привыкла удивлять мировое сообщество  революциями и переворотами может  опять, но приятно удивить. Несмотря на то, что в избирательном законодательстве достаточно спорных моментов,  которыми могут воспользоваться недовольные результатами выборов и желающие устроить массовые беспорядки, однако они вряд ли предвидятся. Новая смешанная система голосования раздробила электорат, и критическая масса недовольных, как год назад, вряд ли  не наберется.  Да и то, что в парламент проходит  несколько партий —  позволяет «размыть» напряжение. Кроме того, несмотря на жалобы, нарушений во время предвыборной агитации и в день выборов, похоже, зарегистрировано гораздо меньше, чем на предыдущих выборах.

Политический диапазон, попавших в парламент партий шире, чем в прошлом году, когда прошло три партии, и они в основном представляли интересы южных групп влияния. Сегодня все опросы показывают, что население устало от бесконечных перипетий, политических разборок и революций, которые случаются в Кыргызстане довольно часто. Об этом, кстати, говорит и пример, где в двух округах Бишкека победил кандидат «против всех» и ЦИК уже назначило там повторные выборы.

Еще один важный момент, который снижает политический накал заключается в том, что парламент значительно потерял в своих полномочиях.  Президент сегодня наделен более широкими полномочиями и может среди прочего назначать членов кабинета, назначать или увольнять генерального прокурора и судей, инициировать законы и референдумы, а также лишать депутатов парламента их неприкосновенности. А парламент, после конституционных изменений  превращается лишь в публичную площадку для политиков. Поэтому заинтересованность политических сил попасть туда любой ценой, а значит  и стремлений мобилизовать свой электорат в битве за результат и его защиту, гораздо меньше. Что касается партий, которые не согласны с результатами выборов, то вполне возможно, что они  все — таки  выйдут на протест, но он будет и не массовым, и не революционным.  

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here