Шесть лет назад канцлер Германии Ангела Меркель заявила, что ее страна готова принять сирийских беженцев вне зависимости от того, в какой стране ЕС они оказались сначала. Таким образом, Германия стала первым членом Евросоюза, нарушившим Дублинскую конвенцию 1990 года, на основании которой беженцы могли просить убежища только в той стране Евросоюза, границу которой пересекли первой.

После этого объявления лишь за 2015 год, по данным министерства внутренних дел ФРГ, по всей стране было зарегистрировано более 1 миллиона беженцев. Почти 430 тысяч из них прибыли из Сирии, порядка 154 тысяч — из Афганистана и примерно 122 тысячи — из Ирака.

Одной из причин европейского миграционного кризиса являются боевые действия в Сирии. Начались они после антиправительственных выступлений в марте 2011 г. Так называемая арабская весна привела к возникновению массовых беспорядков во многих сирийский городах. Это и стало основной причиной массового бегства жителей этой страны. Именно сирийцы и составляют примерно 50 % беженцев, вызвавших миграционный кризис в современной Европе. И если на начальном этапе этих людей отправляли в Турцию и Иорданию, то позже их количество увеличилось настолько, что эти страны уже не могли разместить на своей территории всех, кто бежал от гражданской войны. К потоку сирийцев, направлявшемуся в Европу, присоединились беженцы из Ливии и Афганистана. Здесь также разворачивалась гражданская война. В ЕС начали прибывать и выходцы из государств, находящихся на африканском континенте.

Миграционный кризис длится в Европе несколько лет, но только теперь он стал по-настоящему ключевым вопросом для будущего ЕС. Спустя два года после пика кризиса в 2015 году  миграция наконец стала внутриполитической проблемой. В Германии, Австрии и Италии значительно укрепились антимигрантские партии, а их представители пришли к власти.

С притоком новых мигрантов в ЕС появляется ряд острых проблем – проблема интеграции беженцев в европейское общество, ускорение процесса «исламизации» Европы, рост преступности.

Отсутствие солидарности между отдельными государствами-членами ЕС усилило кризис. Страны, прежде всего,  Центральной Европы — Венгрия, Польша, Чехия — отказываются выполнять взятые на себя ранее обязательства по приему мигрантов. Другие — Италия, Испания, Греция — страдают вдвойне. Сегодня у единой Европы нет общего решения, как регулировать миграционную политику.

Летом 2021 года поток нелегальных мигрантов через литовско-белорусскую границу вырос более чем в десять раз. С каждым днем число пересечений и задержаний растет. Литва объявила на границе экстремальную ситуацию, разворачивает палаточные лагеря и строит физические барьеры. Большая часть пересекающих границу Литвы с белорусской территории — иракские курды. Кроме того, по сообщениям литовской погранслужбы, среди мигрантов десятки граждан Ирана, Сирии, Камеруна, Конго, Афганистана и других стран.

Что Литва собирается делать с задержанными мигрантами? Вначале будут рассмотрены их ходатайства о предоставлении убежища. Тех, кому откажут в статусе беженца, литовцы попытаются вернуть на родину. Однако,  по словам еврокомиссара  Юханссон, поскольку большинство мигрантов прибывают без документов, сложно определить, гражданами каких стран они являются. Кроме того, Юханссон сообщила о готовности Еврокомиссии направить 10 млн евро Литве в связи с чрезвычайным положением и на первоочередные нужды беженцев.

По информации СМИ министры внутренних дел стран Европейского союза на внеочередном заседании 18 августа будут обсуждать рост количества незаконных пересечений границы из Беларуси в Литву.

бизяев Историю и современное состояние  миграционного кризиса в ЕС  комментирует  Руслан Бизяев, политический  аналитик

Европейский миграционный кризис возник осенью 2015 года, но это уже была констатация факта ,сам кризис начался немного раньше . Ранее в ЕС  была постоянная миграция и из Африки, из стран Ближнего Востока,  но уже осенью 2015 года Евросоюз констатировал ,что количество мигрантов перешло предельно допустимые нормы,  которые изначально планировались. Первопричина этого явления в том ,что США ведут с 2001 года восемь войн в разных странах, из-за чего беженцами и вынужденными переселенцами стали около 37 млн человек. Но не только США несут ответственность за ситуацию: войну в Ливии начали Великобритания и Франция в 2011 году под предлогом спасения народа от Каддафи. Даже такие тугодумы, как Дэвид Кэмерон, Николя Саркози и Хиллари Клинтон должны были предусмотреть политические последствия от этих войн. Они привели к неизбежной волне беженцев и иммигрантов, что подпитывает крайне правых ксенофобов по всей Европе и стало решающим фактором на референдуме 2016 года по «брекситу».

Сирийская война начала вылезать  боком,  кризис  начался с того, что «Асад должен уйти». Второй момент, который повлиял на миграционный кризис – позиция Турции. Обострение  отношений между Европой и Турцией стало дополнительным инструментом, который подбросил в этот костер дровишек. В результате осенью 2015,  года ЕС столкнулся  с кризисом, в это же время начались небольшие волнения и первые столкновения на религиозной почве, потом это все переросло в теракты. И ЕС оказался перед вопросом –  что делать?

Еще один момент,  который усугубил кризис – категорическое нежелание стран Восточной Европы размещать у себя беженцев. Было же принято решение о квотном распределении беженцев, но страны Восточной Европы, в первую очередь Польша и Венгрия, оказались выполнять это решение. Программу тогда не выполнили,  и беженцы сконцентрировались в наиболее  развитых странах ЕС – Германии,  Франции,  Бельгии,  Голландии,  частично в Италии.   Вот такой генезис кризиса.

В 2015  году Германия приняла более  миллиона  беженцев, а, возможно, даже больше. Миллион человек —  в поисках убежища, защиты и надежды на новую жизнь. Миллион человек — это целый мегаполис. Миллион человек, которым нужно как можно быстрее предоставить жилье, а прежде всего — работу, и которые перед этим должны будут выучить немецкий язык: дети — в детских садах и школах, взрослые — на курсах. Это потребует много усилий от немцев и еще больше, что само собой разумеется, — от беженцев. Перед немцами сейчас стоит задача века как минимум для одного, а, вероятно, даже двух поколений.

Абсолютное большинство беженцев прибывают из Сирии, Ирака, Афганистана, Эритреи. Это люди из стран и культур, где отсутствуют свобода и свободы. Это люди из общества, где большое значение имеют крепкие религиозные узы, в которых интересы семьи, а иногда даже рода стоят выше интересов отдельной личности, а уж тем более женщины. Они прибывают из регионов с патриархальной структурой, в которых государство является не родиной, а врагом. А общество, в котором они оказываются, построено на абсолютно противоположных принципах:  в Германии  интересы отдельной личности стоят выше интересов общины,  государство является страховкой от жизненных рисков, а равноправие мужчин и женщин и право на самоопределение своей сексуальной ориентации существует без каких-либо ограничений. Германия — это открытое общество. Мигранты хотят, чтобы Германия стала их новой родиной, они должны приспособиться к ее обычаям, правилам. Они должны с уважением относиться, в том числе,  и к вещам, которые покажутся им чуждыми и, быть может, даже вызовут неприязнь. Они должны включиться в жизнь немецкого общества, что не подразумевает полный отказ от своей культурной и языковой идентичности. Однако Германия — это не Сирия и не Эритрея, и здесь нельзя жить так же, как дома.

Сирийская война – это  была цветная революция, ее запустили, как  Шарповскую методичку. Кто запускает  подобные методички? Наши дорогие демократы: представители коллективного Запада, которые набили руку с 1991 года на цветных революциях. Думаю, они предполагали такой исход мигрантов в Европу, это был запрограммированный сценарий —  и на Европу повесили дополнительную штангу. Давайте не будем забывать и то, что переговоры о Зоне свободной торговли между Европой и США провалились  — во время первого срока Обамы. Вторая каденция Обамы —  до конца остается чуть более года, и на этом рубеже за гигантские деньги, вброшенные неизвестно откуда, сотни тысяч людей очень скоординировано и организовано бросаются на Европу, как из стран, разбитых войной (Сирия, Ливия, Ирак), так и из стран небогатых – прежде всего, из глубин Африки.

Меркель же поймали на чем – на общеевропейских ценностях – она практически взяла на себя всю ответственность: на шею Германии , кроме стран Восточной Европы,  повесили еще и мигрантов. Это сильно аукнулось Меркель и во время местных выборов и во время выборов в Бундестаг. Во Франции тоже все непросто — там сформировались целые анклавы, куда не может зайти французская полиция, в прошлом году партия Макрона проиграла местные выборы.

В 2018 году  состоялся  саммит  ЕС по вопросам миграции, при этом главной темой саммита стал  не жесткий курс в отношении мигрантов, а поиск практических решений проблем, с которыми сталкиваются принимающие страны. В основу механизма распределения беженцев должна лечь индексация каждой страны ЕС в соответствии с ее размерами и экономической мощью. Если допустимые показатели будут превышаться, беженцев следует автоматически распределять в другие страны согласно квотам. Против нововведений выступают не только страны Вышеградской четверки. Германия и другие члены ЕС также долго блокировали и откладывали принятие такого решения. Причем Дания недавно стала первой страной Европы, которая потребовала от сирийских беженцев возвращаться домой. Дания сейчас является, пожалуй, наиболее жестким борцом против притока нелегальных мигрантов в Европе.

Идея о создании лагерей для беженцев в странах, не входящих в ЕС, витает в воздухе уже около 15 лет. Это всегда считалось невозможным — с точки зрения закона, реализации на практике и морали. Однако сейчас давление со стороны правых сил в Европе усилилось настолько, что такой вариант внезапно стал казаться спасительным решением. По сути это означает, что проблему миграции собираются переложить на плечи третьих стран.

По некоторым данным, Австрия и Дания уже начали неофициальные переговоры с Албанией о создании центра размещения мигрантов, которым отказано в убежище. Между тем в ЕС на официальном уровне обсуждается и идея создания так называемых «региональных платформ для высадки»  беженцев вне территории Евросоюза. Предполагается, что в подобных центрах специалисты будут решать, какие мигранты могут претендовать на убежище в ЕС, а какие должны быть незамедлительно отправлены на родину. По каким критериям это будет оцениваться, пока неясно. Один из вариантов – размещение на Балканах – в тех шести странах,  которые гипотетически войдут в ЕС, но их еще туда принять надо.

Теперь о  том, что происходит в Литве. Маленькое государство  в 2021 году  столкнулась с беспрецедентным миграционным кризисом: в июле, после усиления европейских санкций против Беларуси, в Литву начали массово проникать тысячи беженцев, в основном из Ирака. Компания Iraqi Airways не только поставила на маршрут в Минск самый вместительный самолет, но и собирается повысить число рейсов. Количество беженцев, по данным литовской службы охраны государственной границы, выросло в рекордные 40 раз по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Ситуация напоминает начало миграционного кризиса 2015 года, когда в Европу хлынули потоки сирийских беженцев.

В Литве же власти  размещают беженцев в анклавах, где доминирует польско-говорящее население. Это еще и этнический конфликт. ЕС даст денег Литве, но денег постоянно будет  не хватать. Рано или поздно Литве придется вообще закрыть границы. При этом Вильнюс винит Минск, который якобы попустительствует переходу беженцев. В ЕС грозятся санкциями против лиц, якобы причастных к организации нелегальной миграции в Беларуси.

Литва, которая, кстати, в прошлый миграционный кризис отказалась принимать беженцев, которых в ЕС пытались распределить по всем странам содружества, теперь просит Брюссель о помощи — разгрузить страну от невиданного наплыва нелегалов. Литовские власти грозятся пустить их дальше, в Западную Европу. Министр внутренних дел Германии Хорст Зеехофер (Horst Seehofer) и его австрийский коллега Карл Нехаммер (Karl Nehammer) также высказали  озабоченность ростом числа нелегальных переходов границы. В прошлом турецкий президент Эрдоган  также неоднократно грозил ЕС тем, что не будет задерживать мигрантов на их пути в Европу. И эту угрозу он действительно воплотил в жизнь в начале 2020 года.

Литовский президент Гитанас Науседа (Gitanas Nauseda) призвал другие страны ЕС проявить солидарность с его страной. В сообщении президента  говорится, что страна сейчас находится в трудном положении и нуждается в помощи во всем, что касается оборудования для защиты и охраны границы с соседней Беларусью.  Литва имеет границу с Белоруссией длиной в 680 километров. На прошлых неделях несколько сотен мигрантов нелегально пересекли границу ЕС. Только в июле по официальным данным их было более 2000 человек.

И что получается? Вильнюс вынужден идти против господствующей на Западе мигрантофильской идеологии, и скоро от навязываемого литовским правящим классом Западу образа себя как убежденных «борцов за права человека»   ничего не останется.

В литовских лагерях для беженцев уже возникли конфликты и даже бунты, заставившие полицию применять оружие и слезоточивый газ.  Вильнюс воззвал о помощи ЕС.

Все три десятилетия после обретения независимости Литва строила как свою внешнюю, так и внутреннюю политику на противостоянии «угрозе с Востока»,  самоназвавшись форпостом демократии и свободы. Этот титул стал для нее пропуском как в ЕС, так и в НАТО: и Евросоюз, и Североатлантический альянс дали себя убедить в том, что яростная (и во многом искренняя) антироссийская позиция на дороге не валяется и, стало быть, нуждается в поощрении. И финансами (невозвратные дотации Брюсселя составляют не менее трех процентов ВВП Литвы), и созданием полигонов НАТО —  есть решение о строительстве крупнейшего в Европе, расположенного на территории прибалтийской республики, земля уже выделена, общая площадь превысит 50 тысяч гектаров.

Только на преодоление последствий пандемии ЕС намерен выделить Литве 14,5 миллиарда (!)  евро в качестве безвозвратных субсидий (при этом, Эстония получит 295 миллионов евро, Латвия – 792 миллиона). В относительных цифрах — на душу населения — эта сумма во много раз больше той, что, к примеру, получат от Брюсселя Германия и Франция.

А ведь Европа еще не столкнулась с последствиями вывода американских военных из Афганистана и начинающегося там гуманитарного кризиса в связи с тем, что гражданская война набирает обороты. Недавно турецкие власти заявили о перехвате нескольких больших групп (в общей сложности – до 250 человек) афганских беженцев, перешедших ирано-турецкую границу. Нет сомнений, что в случае обострения ситуации в Афганистане этот поток приобретет катастрофические масштабы. А это значит, что ужесточение миграционной политики ЕС – это лишь начало общеевропейской тенденции по окончательному сворачиванию «политики открытых дверей».

P.S. Интересно все-таки, какие структуры финансирует мигрантские «вояжи»?  Чтобы добраться до Европы, каждому из них надо, по разным данным, заплатить от 3 до 15 тысяч долларов! И откуда эти средства у бедняков? Известно, что в странах, где они живут (от Афганистана до Сенегала) и  100 долларов  – немаленькая сумма. Если посмотреть на видео и фото  – эти люди вообще не выглядят благополучными, тем более – способными  потратить тысячные суммы. Но они, тем не менее,  как-то добрались до Европы. Как им стало «под силу» махнуть за тысячи километров в ЕС семьями?  Это не конспирология. Отчетливо просматривается целенаправленное финансирование соответствующих программ массовой эмиграции в ЕС. А вот кто стоит за этим — вопрос архиинтересный. Но это уже тема другой статьи.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here