За 2020 год ВВП Китая вырос на 2,3%, свидетельствуют данные, обнародованные в январе Государственным статистическим управлением КНР. С одной стороны, это минимальный показатель для страны за последние 40 лет, с другой — цифры говорят о том, что Китай стал единственной крупной экономикой в мире, продемонстрировавшей рост в год глобальной пандемии.

Тренд на планомерное восстановление темпов роста китайской экономики стал очевиден еще в октябре прошлого года — тогда объем ВВП страны повысился на 4,9% по сравнению с тем же периодом прошлого года и, по прогнозам китайских специалистов, за счет накопительного роста за весь 2020 год ВВП Китая должен был увеличиться на 2%. Это совпадало с осенними оценками МВФ, прогнозировавшего рост ВВП КНР за год на 1,9%. Одним из важнейших драйверов увеличения ВВП стал подъем промышленного производства, отмечают эксперты. Существенно увеличился и китайский экспорт — вызванные пандемией перебои с производством в других странах подпитывали спрос на китайские товары. Особенно заметным стал экспортный прорыв товаров медицинского назначения.

Также необходимо отметить, что Китай и ЕС в конце декабря 2020 года завершили переговоры по инвестиционному соглашению. Диалог о сделке велся с 2013 года, при этом не все члены содружества приняли успех переговоров позитивно, прежде всего, ссылаясь на необходимость координировать свои действия в отношении Пекина с США.

Пандемия вывела Китай в крупные экономические победители в 2020 году и, вероятно, так будет и в 2021-м, полагают специалисты рынка, отмечая при этом, что впереди страну ждет немало сдерживающих факторов. Прежде всего, это касается стабилизации и нормализации торговых и инвестиционных отношений с новой администрацией США.

Комментарий Владимира Воли, политического эксперта Украинского института политики

воля фотоВ 2021 году экономическое развитие и экономическое влияние Китая в мире будет усиливаться. Масштабная вакцинация будет способствовать восстановлению полноценных экономических связей. Увеличится как спрос на китайские товары, так и спрос в самом Китае на импорт. Ожидается реальное увеличение импортных поставок за счет возобновления нормального производственного процесса в странах-партнерах. Увеличение импорта является одних из важных стратегических направлений правительства КНР по насыщению внутреннего рынка – самого быстро растущего потребительского рынка в мире.

Одним из важнейших драйверов увеличения ВВП стал подъем промышленного производства — за прошлый квартал он подтянулся сразу на 7,3%. Значительно больше, чем на то рассчитывали, вырос и китайский экспорт — вызванные пандемией перебои с производством в других странах подпитывали спрос на китайские товары. Особенно заметным стал экспортный прорыв товаров медицинского назначения. Как сообщили в середине января в Главном таможенном управлении КНР, с марта по декабрь 2020 года Пекин экспортировал свыше 224 млрд защитных масок, обеспечив примерно 40 масками каждого жителя планеты за пределами Китая и заработав на этом более $52 млрд.

Еще в ноябре экспорт КНР увеличился на 21% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, а рост за декабрь составил 18%. И это случилось, невзирая на укрепление юаня по отношению к мировым валютам, что несколько удорожило китайские товары для иностранных покупателей. Итоги же всего года принесли Пекину рекордное с 2015 года положительное сальдо торгового баланса — он достиг $535 млрд, практически на четверть больше, чем годом ранее.

Но рост был обусловлен главным образом экспортом товаров, связанных с пандемией, а также кредитными продажами автомобилей и жилья. А розничные продажи, общественное питание, гостиничный сектор и авиаперевозки остаются слабыми, что отражает сохраняющееся влияние COVID-19 на доходы и потребительское поведение. За прошлый год на фоне COVID-19 розничные продажи в Китае упали на 3,9%.

Во многом нынешние успехи Китая связаны с тем, что стране удалось действенно нейтрализовать экономические угрозы, связанные с распространением коронавируса. Но дело не только в этом. Китай проводит эффективную макроэкономическую политику, которая стимулирует стратегические инвестиции в инфраструктуру и инновации для укрепления долгосрочного потенциала роста. Кроме того, основы экономического роста КНР остаются сильными, несмотря на сбои, вызванные пандемией и торговыми войнами с США.

Также, ослабление коронавирусной угрозы приведет к значительному восстановлению в сфере услуг и туризма.

Останутся ограничения, которые были введены рядом западных компаний для деятельности китайских технологических компаний на их территории. Но процесс адаптации китайских компаний не будет продолжительным, потому не будет иметь существенных негативных последствий для китайской экономики и конкурентоспособности китайской продукции. Вероятно, что и по итогам 2021 года КНР выйдет с наилучшими макроэкономическими показателями в мире. Китайская экономика стала единственной из крупных стран мира, сумевшей вообще показать прирост на фоне пандемии и вызванных ею социально-экономической сложностей.

Китай и Евросоюз, наконец, заключили инвестиционную сделку, они шли к этому последние семь лет, и работа по «Инвестиционному соглашению» завершена. 30 декабря по этому случаю состоялась видеоконференция с участием Си Цзиньпина, канцлера ФРГ А.Меркель, президента Франции Э. Макрона, председателя Европейского совета Ш.Мишеля и председателя Европейской комиссии У.фон дер Ляйен. Это значит, что соглашение точно будет подписано.

Большая часть деталей объемного документа осталась от общественности закрытой, но кое-какие ее условия в прессу просочились. Как стало известно, прорыв стал возможен благодаря согласию Пекина открыть свои рынки для европейских компаний в производстве, финансовых услугах, недвижимости, строительстве и в секторе вспомогательных услуг для поддержки судоходства и воздушного транспорта. Европейцы в ответ дали зеленый свет на частичный допуск китайских компаний к своей чувствительной энергетической отрасли. Китай стремится усилить экономическое сотрудничество с ЕС, вывести партнерские отношения на новый качественный уровень. Не стоит ожидать, что США или кто-то еще сможет разрушить данное «соглашение».

Советник президента США Джо Байдена по нацбезопасности Джейк Салливан призвал к «скорейшим консультациям с европейскими партнерами по поводу общих опасений относительно экономической практики Китая». Напряженность в отношениях Китая и США, достигшая при Дональде Трампе наивысшего накала за все последние десятилетия, вряд ли сразу исчезнет с приходом новой американской администрации. Часть американских ограничений будет пересмотрена администрацией Д.Байдена, но полной отмены всех ограничений ожидать не стоит. Как отметила на слушаниях в Сенате 19 января кандидат на должность министра финансов США Д. Йелен, она будет использовать все меры против возможных торговых нарушений со стороны КНР.

При этом, несмотря на глубокие разноречия между республиканцами и демократами по большинству политических и международных вопросов, по теме Китая в США в последние годы существовал редкий консенсус о необходимости жесткого курса в отношении этой страны. В Пекине не особо рассчитывают на то, что со сменой президента в США отношение к Китаю резко поменяется. Особенно учитывая многочисленные сомнения в «твердости» Джо Байдена в отношении КНР, высказываемые в его адрес в ходе предвыборной кампании, которые, по сути, загодя обрубили новоиспеченному главе государства возможность любых послаблений на этом фронте. Если в целом торгово-экономические отношения между США и КНР будут, скорее всего, нормализованы и стабилизированы, то давление Вашингтона на политику Пекина в вопросах Тайваня, Синцзяна и т. п. будет создавать некие риски.

Кандидаты на должности госсекретаря и министра обороны (Э. Блинкен и Л. Остин) во время слушаний в Сенате 19 января назвали Китай наибольшим вызовом для США среди всех государств мира. В частности, Блинкен согласился с тезисом о «геноциде уйгуров» и заявил, что Тайвань должен иметь большее влияние в международных делах. Это существенные раздражители для Пекина. Политические осложнения, доставшиеся Байдену в наследство от Трампа будут актуальными, как минимум, весь 2021 год.

При этом, есть страны, которые США откровенно зовут «дружить» против Китая. В первую очередь, это Великобритания и другие западные государства, Австралия, Япония. Великобритания и Австралия уже участвуют. Все остальные частично участвуют, но как суверенные игроки. Например, ограничения на 5G ввели ряд европейских государств, но это не связано с позицией США. Еще в конце прошлого года госсекретарь США Майк Помпео посетил с визитами Индию, Шри-Ланку, Мальдивы и Индонезию. Цель турне обозначена до неприличия прямо — прояснить, «как свободные нации могут сообща противостоять угрозам, исходящим от Компартии КНР». Однако занять безоговорочно анти-китайскую позицию оказались готовы далеко не все уговариваемые на это страны. Несмотря на очевидное сближение Индии с США в военном и геополитическом плане, Нью-Дели вряд ли когда-то пойдет на официальный военный альянс с Вашингтоном, как Токио, Сеул или Канберра. Исходить из своих прагматичных национальных интересов, не всегда пересекающихся с американскими, продолжат в разной степени и остальные азиатские государства.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here