Украина вступает в избирательную кампанию — третью за последние полтора года. 25 октября состоятся местные выборы, которые позволят не только обновить городские и районные советы. Предстоящие местные выборы пройдут в Украине в условиях пандемии коронавируса. При этом, большинство экспертов отмечают, что местные выборы из-за пандемии  не могут быть отменены. Причиной отсрочки выборов из-за коронавируса может быть только введение чрезвычайного положения в стране. Однако, такое решение невыгодно слишком многим участникам гонки.

Владимир Зеленский заявил, что в Украине началась вторая волна коронавируса. В Украине действительно за последние два месяца большой список антирекордов, как по смертям, так и по новым случаям инфицирования. Однако меньше всего этот рост напоминает «вторую волну», отмечают медики.  График показывает два периода незначительного спада: на стыке мая-июня и в середине июля. Но в целом они картины не меняют. Это явно не переход от одной волны к другой, а практически  линейный рост заболевания. Адаптивный карантин в Украине продлили до 1 ноября.

Пойдет ли власть на ужесточение карантина? Какие меры предпринимаются,  если  каждый день, по данным Минздрава,  в стране  очередной антирекорд. Если есть «вторая волна», то имеется ли план действий? Отразится ли эпидемиологическая ситуация на избирательной кампании, до которой осталось менее месяца? Как ситуация используется в политических целях – комментируют эксперты:  Владимир Шевченко, доктор философских наук, политический консультант  и Сергей  Кравченко, глава  Национальной  медицинской  палаты  Украины,  военный эпидемиолог

Владимир Шевченко, доктор философских наук, политический консультант

Давайте исходить из того, что мы точно знаем. Мы знаем точно, что существует такое инфекционное заболевание, один из разновидностей коронавируса, который поражает человека, который имеет название «COVID-19», на данный момент их известно пять  видов. Это действительно заболевание, которое сопровождается в каком-то проценте смертностью, которая может быть от полпроцента до 11-12-15% среди тех, у кого выражены яркие симптомы. По статистике 78% переносят это заболевание без какой-то симптоматики, которая требует обращения к врачу. Это то, что мы знаем точно, а после этого начинается чистая политика. Смертность от этого заболевания ниже, чем смертность от многих других бед, которые поражают человечество, например, туберкулез, рак, инфаркт, или техногенные вещи —  автомобильные аварии. От обычной пневмококковой пневмонии умирает больше людей, чем от этого нового коронавируса.

В связи с тем, что трудно использовать в политических целях заболевания: сердечно-сосудистые, онкологические, туберкулезные, это уже пробовали это делать, это не очень получается. В свое время был СПИД, куда-то он сейчас исчез. Вообще исчезли все остальные факторы смертности,  осталась только коронавирусная инфекция. Но  напуганный человек легче отдает деньги и становится более управляемым. То, что сегодня искусственно нагнетается обстановка вокруг этого вируса, уже понятно многим, даже не экспертам. Какие-то игры вокруг всего этого идут, в том числе выкачивание из людей денег. Лекарства ажиотажно раскупаются. Кто-то маски по космическим ценам предлагает, кто-то салфетки дезинфицирующие, кто-то индивидуальные средства защиты, халаты, спецкостюмы.

Тут мы можем говорить о том, что политические и экономические факторы подключаются со стопроцентной вероятностью, мы их можем отследить. Мы знаем, что с момента начала эпидемии по приблизительным подсчетам более 250 млрд долларов человечество истратило на «защиту» от вируса —  маски, дезинфицирующие средства, в том числе —  чтобы оказать экономическое давление на политику  СМИ. Существует соблазн мощного влияния нового фактора , перед которым не устояло ни одно правительство, кроме нескольких стран  – Беларусь, Швеция, ряд стран в Азии, чтобы использовать  этот фактор в своих  — политических — целях.

Нагнетание страха – идеальная основа, чтобы достигать политических целей, причем в каждой стране они разные. У нас совпало, например, с избирательным  процессом. Кроме того, отечественные политики  попробовали его использовать в своих целях, чтобы оттянуть или модифицировать по времени местные выборы, но это вряд ли получится, поскольку для этого должны быть какие-то очень серьезные вещи. Порошенко в свое время сделал такую вещь, как попытка ввести на нашей территории Чрезвычайное положение – не получилось.

Кроме того, есть еще один момент, чисто психологический, но он ближе к политтехнологиям.  Дело в том, что любая ситуация внутреннего страха и напряженности в стране, как не парадоксально,  инстинктивно заставляет людей держаться за «островки стабильности» и «островки силы», которые существуют на данный момент. А всегда таким «островком силы» является власть. Мы видим эту ситуация в Америке, где Трамп и Байден сравнялись в рейтинге,  в США  одна из самых худших ситуаций по распространению коронавирусной инфекции и смертности от нее. Тем не менее, власть является тем островком, куда люди смотрят с надеждой. Вот это акцентирование внимания СМИ, месседжи, которые исходят от власти — власть понимает, что ситуация срабатывает в их пользу. Чем больше люди будут бояться, тем больше они будут находиться в напряжении, и это для власти является базовым, на что они могут опираться. А оппозиции это невыгодно,  потому что во всех странах оппозиция пытается критиковать власть за какие-то недостаточные действия по борьбе со злом, с опасностями.

Тем не менее, страхи всегда преобладают, в данном случае, они перебивают разумные доводы, что кто-то что-то делает недостаточно. Человек инстинктивно тянется к защите, которая есть на данный момент, а оппозиция не может их защитить. Я не касаюсь теорий всемирного заговора, которых много.  Мы говорим только о той ситуации, которая видится с точки зрения обычной человеческой, классической и политической психологии. Возникло объективное явление, наличие такого инфекционного заболевания отрицать нельзя, можно совершенно точно говорить, что оно гипертрофированно подается в СМИ – это однозначно. Акцент на фактор, вызывающий панику, или расчет на то, что он будет вызывать панику — присутствует, это можно вычислить с вероятностью, близкой к 100%. Это то, что называется манипуляцией.

Сейчас я анализирую все эти вещи, и убедился, что управление человеческим сознанием, малыми и большими группами претерпело некоторые модификации Используется не только специально созданный фактор —  его нужно придумать,  продвигать, а это большая затрата денег, сил, интеллекта. Намного проще использовать существующий, естественный фактор – какие-то катастрофы. Например, медицинская катастрофа, эпидемия, землетрясение, какие-то климатические изменения —  ведь постоянно что-то происходит с трагическими последствиями. Способ подачи и реакция на эти трагические последствия:  сейчас ,по сути,  ведется психологическая война. Остались классические методы, плюс добавился такой замечательный и очень эффективный метод, как управление уже существующей реальностью, которую никто специально не создавал.

Ситуация выявляет в каждой группе, которая реально  управляет социумом,  их интерес. Включаются подконтрольные средства массовой информации,  подконтрольные интеллектуалы  описывают это явление таким способом, чтобы повернуть массовое сознание с выгодой для тех, кто эту манипуляцию осуществляет. Уже  есть очень точный термин —   «гуманитарная агрессия»,  своего рода оксюморон.

«Гуманитарная агрессия» состоит в том, что возникает стихийное бедствие, например, землетрясение, гражданская война,  наводнение, засуха. Люди, силы, которые заинтересованы во взятии под контроль этой страны или какой-то группы людей, которые хотят повернуть сознание в свою пользу, они оказывают гуманитарную, финансовую, материальную, дипломатическую, военную помощь, но закладывают  в эту «помощь» совершенно четкие месседжи и четкие условия. Например, МВФ. Он же, по сути, оказывает гуманитарную агрессию. Украина  – бедная страна,  денег нет, у нас вообще катастрофа в экономике, что делает власть – просит  деньги. На это «друзья»  говорят «пожалуйста», но только под определенные условия. Новый мир теперь выглядит так.

Эту кампанию часто называют «четвертым туром президентских выборов», потому что местные выборы станут экзаменом для команды Зеленского. У меня сложилось впечатление, что политические  процессы  перестали  быть в Украине процессами федерализации, а наоборот – феодализации.  Федерализация – это осознанное движение к некоему преобразованию структуры управления государством. А процесс феодализации – это расползание власти или «тела»  государства абсолютно стихийное, когда власть на местах начинает перетекать к самым разным центрам силы, которые необязательно связаны с легитимной властью. По сути, возникает страна, которая состоит из феодальных княжеств, которые  будут вступать в  разные конфликтные отношения с центром, которые вообще  не заинтересованы в наличие центра, как такового. Сейчас происходит этот хаотический процесс, и нынешняя власть не может с ним ничего сделать. Мы же не думаем, что они не хотят выиграть выборы, наоборот – хотят. Но сегодня  это естественный процесс, потому что у них (у власти) нет возможности остановить этот процесс феодализации.

Сегодня немало разговоров вокруг  чрезвычайного положения. Но вводить ЧП – это не просто подписать бумагу с указанием, что у нас теперь чрезвычайное положение. ЧП требует своей реализации, причем, очень жесткой реализации, это сложный процесс. Когда Порошенко пытался его ввести, в украинском обществе было обсуждение очень высокого уровня. При этом все пришли к выводу, что даже в такой структуре власти – достаточно централизованной, пирамидально завязанной на одного человека, которую создал Порошенко,  все равно это было нереально. Практика показала, он пытался ввести ЧП в некоторых областях, но это свелось к формальной декларации этого положения, и ни в коем случае не к его реализации.

Теперь о заинтересованных участниках.  В выборах всегда заинтересованы те, кто надеется улучшить свое политическое положение – это аксиома. А поскольку у нас происходит процесс стихийного расползания страны на феодальные удельные княжества, то заинтересованных в выборах – колоссальное количество. Власть не сможет ввести чрезвычайное положение, потому что она столкнется с огромным сопротивлением всех тех, кому эти выборы интересно проводить. Это оппозиционные силы, местные и крупные олигархические группы, микроолигархи, которые в результате этих выборов хотят посадить своих людей на местах.  Например, мэры и мэрии, городские советы – уже продемонстрировали свою способность не подчиняться указам центральной власти. Началось с Черкасс, а потом оно прокатилось по Западной Украине, и никто никакую ответственность не понес за это. Все увидели, что это  работает. Поэтому заинтересованных в местных выборах намного больше, чем тех, кто не хочет их проведения.

Кто не заинтересован? Если исходить из логики,  власть, которая пришла в стране к  управлению, она заинтересована в сохранении  своего управления. Незаинтересованными являются «Слуги». Но судя по тому, как они себя ведут, я не думаю, что у них такая задача особенно ставится, и кто-то сильно переживает по поводу того, что у них это не получится. В силу того, что у них есть много не специалистов,  которые мало что понимают в государственном управлении, они смотрят на эти процессы как бы со стороны. Если бы это была команда опытных людей, так они бы видели тут трагедию.

Хочу подчеркнуть, что коронавирус как вирус, или как технология  не помешает местным выборам. Нет сегодня  никаких причин —  ни объективных, не субъективных, ни психологических, ни экономических, чтобы коронавирус можно было использовать для срыва выборов. «Страшилка», которую можно услышать в киевских околополитических кругах, — что в последний момент, под угрозой громкого поражения власть просто отменит выборы, объяснив этот шаг неблагополучной эпидемической ситуацией в стране. Представители власти утверждают, что пока такой возможности не рассматривают. Однако в августе главный санитарный врач Украины Виктор Ляшко, заявил, что если больше половины территории страны окажется в «красной»  карантинной зоне, то это будет основанием для отмены  выборов.

На самом деле, это политтехнологический прием. Власть всегда максимально хочет  подвесить всех участников любых выборов  в состояние неопределенности. Выборы без денег не делаются. Вот сидят инвесторы, которые хотят вложить в это свои собственные деньги. А им говорят, что вы вложитесь, а есть вероятность того, что выборы отменят, деньги пропадут. Мы не знаем, будут ли выборы или не будут. Еще непонятно, по какому закону, долго в Киеве не нарезали округа. Все уже знали, где они баллотируются, а в Киеве – не знали. На самом деле это очень известная технология, власть же знает, что будет, а оппозиция – не знает. И эту оппозицию нужно подвесить на состояние максимальной неопределенности, потому что оппозиции в состоянии неопределенности очень трудно находить финансирование для своей кампании.

«Вторая волна» вируса, о которой уже говорит власть, означает, что заболевание мы уже один раз победили, но теперь оно снова коварно обрушилось на украинцев. И такая картинка для властей выгодна. Тем более, что она ретуширует совсем обратное: ковид в Украине никуда не «падал», как в других странах Европы, а только возрастал. Признавать такой расклад властям не хочется, поскольку породит закономерные вопросы к эффективности чиновников. Которые ввели страну в убийственный для экономики карантин и разбазарили  расходы на медицину. То есть ужесточения карантина власть на данный момент не планирует и, скорее всего,  просто не потянет. На это пойдут лишь в двух случаях: если ситуация станет уж совсем критической и больницы будут явно переполнены — и если на то будет внешняя конъюнктура.

Сергей  Кравченко, глава  Национальной  медицинской  палаты  Украины,  военный эпидемиолог

Правительства экономически развитых государств уже высказались о том, что они прогнозируют ухудшение ситуации  с COVID-19  на территории их государств. В США набирает обороты рост заболеваемости. То же происходит в Германии, Британии, Израиле. В США ситуация вообще довольно сложная. Почему? В их  систему  CDC – Control Disease Center – центр мониторинга болезней, в эту организацию вкладывались очень значительные  деньги,  и большие претензии к этой организации от президента Трампа.  Деньги вкладывались,  в эту организацию, а оказалось, что эта система была не готова к преодолению пандемии и новой особо опасной инфекции, как COVID-19.

Американский центр CDC является мировым лидером, он  также является основной базой для ВОЗ, посмотрите на структуру этой организации  —  у них есть ассамблея, президиум, члены действительные, ассоциированные, с правом голоса, без права голоса и т.п. Но своего у ВОЗ ничего нет. Это организация, которая превратилась в коммерческую структуру‚ которая лоббирует и обслуживает бизнес. ВОЗ аккредитовывает  медицинские центры, исследовательские центры, экспертов, но это все происходит на аутсорсинге. Своего у них ничего нет, но деньги они получают. Поэтому президент Трамп высказал серьезные претензии к CDC и поднял вопрос о том, чтобы выйти из состава ВОЗ. При этом, государство «номер один» столкнулось с такой проблемой CDC,  а  у нас  председатель профильного парламентского комитета ВР  Михаил Радуцкий рассказывает о том, что они собираются строить американскую систему CDC в Украине, т.е. систему, которая  уже не справилась с таким вызовом, как коронавирус.

Кстати, «Слуги народа» зарегистрировали законопроект №4142, который называется Закон Украины «Про систему общественного здоровья». Это американское CDC. Этим законопроектом предусматривается полная отмена Закона Украины «Про санитарно-эпидемиологическое благополучие населения» и отмена Закона Украины «Про защиту населения от инфекционных болезней». Этим законом предусматривается вместо шести обязательных прививок – одиннадцать, две из которых являются исключительно коммерческими. Этим законом возвращается сертификация вредных факторов,  это та коррупционная кормушка, которая была ликвидирована. Вся ответственность перекладывается на солидарный орган «коллективной безответственности»  – Кабинет Министров.

По Германии — там более 80 млн. населения, а их коечный фонд в абсолютных цифрах составляет 485 тысяч коек, т.е. 8.3 койки на тысячу населения, а в Украине общий коечный фонд составляет  по данным Минздрава 270 тысяч 722 койки. Это получается 6.8 койки на тысячу населения. При этом, нам постоянно рассказывают, что у нас избыточный коечный фонд. Об этом нам рассказывает МВФ и наши западные партнеры. В Украине высокая смертность в стране по основным пяти формам: кардиологическим, онкологическим, легочным, травматизму и мы находимся в условиях эпидемиоопасных инфекций, таких как: туберкулез, вирусные гепатиты В, С и ВИЧ, СПИД, т.е, мы — лидеры, а нам говорят, что у нас избыточный коечный фонд. Мы смотрим на ту же самую Германию и видим, что у них уровень жизни выше, продолжительность жизни выше, уровень заболеваемости в десятки  раз ниже, а коечный фонд больше.

Хочу еще объяснить, почему экономически развитые государства, которые столкнулись с проблемой коронавируса, плохо ее переносят. В свое время эти государства иллюминировали большую часть инфекционных болезней, а именно —  управляемых. Каким образом? На территории их стран уровень вакцинации на уровне 96-98%. Иллюминация — это искоренение. Соответственно, инфекционными болезнями они не болели и потребность в противоэпидемиологической и инфекционной службе у них отпала. Они их реорганизовали на принцип CDC – контроль и мониторинг распространения неинфекционных болезней. Поэтому экономически развитые страны тяжело переносят вот эту проблему. Что касается постсоветских стран и  стран Варшавского договора. Многие из них, кроме Украины, сохранили свои системы, противоэпидемиологические службы советского образца, которые носят имя нашего соотечественника академика Громашевского. К примеру, Польша. Она сохранила эпидемиологическую службу советского образца и довольно успешно борется с COVID-19. Мало того, их система советского образца признавалась дважды в ЕС лучшей.  Успешно справляются с вирусом и  скандинавские  страны, но  них другая ментальность населения. Они очень дисциплинированы. Органы государственной власти применили ограничительно-профилактические меры и всю ответственность перенесли на граждан и сказали, что рекомендации вот такие, хотите — придерживайтесь, хотите – нет.

Возвращаемся в Украину. На встрече в Словакии  наш президент почему-то заявил, что в Украине началась вторая волна коронавируса. С точки зрения эпидемиологии  нет никакой «второй волны»  на территории Украины.  У нас идет плавная  экспонента, у нас не было волнообразного течения болезни. У нас был слабо-интенсивный, но рост по четырем основным показателям: распространение болезни, рост заболеваемости, рост смертности и летальности.  Смертность и летальность – это разные показатели. Распространение и заболеваемость – это тоже разные показатели. Наши политики этого не понимают, потому что они «большие» эксперты в сфере коронавируса.

То есть это абсолютно  не корректный термин.  Почему это произошло?  У нас есть Виктор Кириллович Ляшко – главный санитар нашей страны, по  специальности —  гигиена труда. Его основная задача – выдавать хозяйственное мыло трудящимся, чтобы те мыли руки. Вот это уровень его компетенции. Когда Ляшко пугал и рассказывал, что мы находимся на «плато», что пошел спад и за борьбу с коронавирусом,  ему президент своим указом присвоил звание заслуженного врача Украины и соответсвующие надбавки к зарплате. Надбавки также получают врачи Киева. Проголосовал Киевсовет, КМДА перечислила больницам безвозвратную материальную помощь, а уже главные врачи за счет этих средств выплатили надбавку.  Согласно  Закону «Про финансовые государственные гарантии в сфере здравоохранения» местные органы самоуправления не имеют право дофинансирования  больниц.  Сейчас медицинские учреждения финансируются исключительно через НСЗУ (Национальная служба здоровья Украины) и они еще могут зарабатывать —  за счет хозрасчетной деятельности. Местные органы самоуправления не могут их дофинансировать, законом это не предусмотрено, это нарушением бюджетного кодекса.

Вернемся к COVID. Второй волны у нас нет. Если сделать  график, то это будет потенциальная полуось, которая росла все время и спада не было, поэтому о волне говорить не корректно. К сожалению, Ляшко   он ввел в заблуждение президента и премьер-министра. С доступом к диагностике у нас большая проблема. Начнем со статистических данных, которые ежедневно  озвучивают. Публично доводятся только три показателя в абсолютных цифрах: лабораторно подтвержденные случаи заболевших, лабораторно подтвержденные случаи выздоровевших и умершие. Количество  заболевших много, но больных  гораздо больше, потому что власти  публикуют случаи  лабораторно подтвержденным данным, а есть еще клинически подтвержденные случаи.

Наше государство изначально взяло на вооружение ошибочную тактику и стратегию. Они начали разбрасывать перед собой грабли, а потом идти по граблям. Им необходимо было выполнить действующее законодательство: Закон Украины «Про санитарно-эпидемиологическое благополучие», Закон Украины «Про защиту населения от инфекционных болезней»,  Постановление кабинета министров «Про санитарную защиту территории Украины» и акты МОЗ. Наше действующее законодательство предусматривает буквально все. В бюджетном кодексе предусматривается строчка, которая имеет название – «эпидемиологический фонд», в котором должны быть средства для преодоления подобных  ситуаций. В бюджете есть бюджетный кодекс. Это то, что в рамках правового поля, в рамках закона. Там есть отдельная строчка – «эпидемиологический фонд». И там, к сожалению, вместо 66 млрд. было 160 тыс. гривен.

Наше государство не выполнило нормы закона про санитарно-эпидемиологическое  благополучие и защиту населения от инфекционных болезней, которым предусмотрено, что все пациенты, больные, носители, контактные лица, которые столкнулись с инфекциями,  должны быть госпитализированы. Таким образом происходит локализация, а у нас вместо этого больных в легкой форме, которая является, согласно нашему законодательству, особо опасной инфекционной болезнью (Приказ МОЗ № 133) всех отправили домой лечиться амбулаторно. Значит, создали новые очаги и условия для распространения болезни. Получается, они преступники и  согласно ст.325 УК (Нарушение санитарных норм и правил) предусмотрено —  ч.1 без тяжких последствий, ч.2 с тяжкими последствиями —   ответственность  до восьми  лет лишения свободы.

Теперь о смертности. В чем разница между лабораторно подтвержденными и клинически подтвержденными случаями. Как происходит постановка диагноза? На основании  анамнеза жизни, анамнеза болезни, эпидемиологического анамнеза, клинических проявлений болезни, инструментальных методов диагностики и лабораторной диагностики. Лабораторная диагностика занимает в постановке диагноза четвертую часть и в данном случае поражаются в первую очередь верхние дыхательные пути. После этого легкие поражаются и со временем вирус в верхних дыхательных путях не определяется при проведении ПЦР диагностики. Когда у человека развивается пневмония, то, чтобы подтвердить этот диагноз лабораторно, необходимо брать на исследование бронхоальвеолярный смыв. Для этого необходимо проводить бронхоскопию. У нас в стране этого не делают.

Смертность по COVID растет в Украине  в абсолютных цифрах. По показателям летальности можно манипуляции допускать, потому что можно рассчитывать количество умерших на все население, на количество заболевших,  либо коррелировать на количество заболевших и выздоровевших. У нас слабый интенсивный рост летальности,  но смертность в абсолютных цифрах у нас растет. Министр здравоохранения сравнил показатель летальности в Украине с показателем смертности в Великой Британии. Смертность Великой Британии составляла 12%, а у нас чуть больше. Тут два фактора: некомпетентность и манипуляции.

На прошедшей неделе (21-25 сентября)  было несколько  событий «из жизни медицины». Первое – было принято Постановление КМ № 848, которым были внесены изменения в Постанову «Про адаптивный карантин».  Согласно этому Постановлению  ни один регион, ни одна область в красную зону теперь не попадет, какой бы там рост показателей не был. Таким образом, сделали все условия для проведения местных выборов.  В продолжение этого МОЗ вносит изменения в Приказ №721, которым был утвержден Стандарт оказания медицинской помощи больным с коронавирусной болезнью. Что они делают? Наше государство не смогло обеспечить широкий доступ к ПЦР диагностике, они внесли изменения в стандарт оказания медицинской помощи таким образом, что они сузили круг пациентов, которым надо проводить эту ПЦР диагностику. Они отменили обязательную ПЦР диагностику пациентам с легкими формами болезни, которые лечились амбулаторно дома и это катастрофа.

Сегодня  уже есть доказанные случаи, что реконвалесценты – пациенты,  которые переболели и есть клинические улучшения,  они  способны выделять вирус. Это катастрофа. Это невежество с точки зрения эпидемиологии и эпидемиологического процесса. Делается все для распространения болезни, а не наоборот. Эпидемиология очень точная наука. Инфекционные болезни, бактериология, вирусология – это довольно молодые дисциплины, им по  150 – 200 лет. Такая наука как эпидемиология и санитарная гигиена — им по 3 тысячи лет. Еще мы не знали о микроорганизмах, но уже была эпидемиология, целью которой было предотвращение распространения болезней. Эпидемиология – это наука, которая изучает закономерности и тенденции возникновения болезней и их распространение. Минздрав же занимается исключительно клиническими аспектами, а основной аспект – это эпидемиология.

Осенние каникулы начнутся на неделю раньше. Это как раз, чтобы выборы провести, и чтобы дети не пересекались с членами избиркома. В РНБО готов проект решения о том, что через 15 дней после подсчета и оглашения результатов выборов, возможно,   будут введены меры жесткого карантина. Сентябрь- октябрь будет падать температура и начнется рост заболевания. В итоге страна к Новому году может получить  ситуацию, когда наши медицинские работники будут стоять перед проблемой выбора, кого из пациентов госпитализировать, а кого нет. Прогноз по коронавирусной болезни следующий: 70% переболеет, 20% будут требовать госпитализации. Национальная система здравоохранения готова на 5%.

На что надо обратить внимание? Мобилизовать кадры. Есть два метода борьбы с распространением болезни. Первое – введение жестких мер карантина, всех оставить по домам, закрыть инфраструктуру. Все то, что было сделано весной. Но привело  страну к экономическому краху, а семьи – к нищете. То есть метод борьбы с распространением болезни эффективный, но с экономической точки зрения абсолютно бессмысленный. И второй метод – это то, что они называют адаптивный карантин, но на территории Украины его ни дня не было. Для реализации этого карантина нужны врачи эпидемиологи, которые будут работать в очагах инфекции. У нас некому в очагах работать — для адаптивного карантина нам надо 25 тысяч врачей-эпидемиологов.

В нашей стране проблемой COVID занимаются не столько  врачи, сколько  политики. Провести/не провести выборы – вот основное, чем они занимаются.  Сейчас большие сомнения по этому вопросу происходят на Банковой и эти сомнения ретранслирует господин Ляшко. Выборы можно перенести только одним законным способом – это при реализации правового режима «чрезвычайного положения». Режим «ЧП» создает форс-мажорные условия. Таким образом, все наше население может не платить коммуналку, кредиты и т.д. В такой ситуации «страдают»  наши олигархи. Все другие решения по карантину, переносу — они будут вне правового поля,  и это приведет к плохим последствиям.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here