С проблемой роста безработицы из-за коронавируса столкнулась не только Украина. Согласно новому прогнозу Международной организации труда, экономический и трудовой кризисы, вызванные пандемией коронавируса, могут увеличить глобальную безработицу почти на 25 млн человек. Конечно, не стоит ожидать, что волна безработицы обойдет Украину. Украина уже страдает от новой экономической бури.  Для рядовых украинцев признаком кризиса становится сокращение фактически располагаемого дохода и потеря рабочего места. Многие эксперты уже заявили, что в условиях экономического спада нарастающая безработица может стать  социальной пандемией в Украине.

По данным опроса Европейской бизнес-ассоциации (ЕБА),  проведенного среди членов ассоциации после начала карантина, расширение ограничительных мер заставит 23% предпринимателей сократить зарплаты сотрудникам. При этом 17% респондентов уверены, что придется увольнять персонал, а 6% настроены на то, чтобы частично закрыть свои предприятия. По данным Торгово-промышленной палаты Украины количество безработных в  период карантина увеличилось  до двух миллионов человек. А с учетом теневого сектора количество вынужденно неработающих может достигать четырех миллионов.

В условиях жесткого карантина у большинства украинцев (57%) не хватит денег на жизнь более чем на четыре недели. Такие результаты опроса  (конец марта) приводит исследовательская компания Gradus. В частности, у 15,5% опрошенных денег хватит на месяц, у 5,7% — на три недели, у 16,8% — на две недели, у 12,1% — на одну неделю и у 6,9% — на несколько дней или меньше. Кризисное положение на украинском рынке труда усугубляется еще и тем, что на фоне введенных по всему миру общенациональных карантинов заробитчане вынужденно возвращаются на родину. Это существенная  потеря поступления валюты в страну, по расчетам НБУ, по итогам 2019 года, украинские трудовые мигранты перевели около 12 миллиардов долларов денежных переводов.

Насколько разрушительным станет карантин и экономический кризис для отечественного рынка труда? Как власть собирается бороться с неизбежной безработицей? Есть ли панацея от наступающей социальной бедности?

Эти вопросы для Фонда «Украинская политика» комментируют Ольга Балакирева,  председатель правления Украинского института социальных исследований им. Александра Яременко и Лидия Ткаченко, ведущий научный сотрудник Института демографии и социальных исследований имени НАН Украины.

Ольга Балакирева,  председатель правления Украинского института социальных исследований им. Александра Яременко

Объективные показатели говорили о приближающемся социально- экономическом кризисе, который всегда сопровождается ростом безработицы. Сейчас Украина, как и ряд других стран, оказалась перед кумулятивным эффектом от нарастающего экономического кризиса и последствиями карантина, которые останавливают деятельность предприятий.

Некоторые эксперты прогнозировали,  что ожидается около 500 тысяч безработных  — на мой взгляд, это очень оптимистический прогноз. Я думаю, ситуация будет гораздо хуже, учитывая то, что в Украину вынужденно вернулось большое число трудовых мигрантов, и они тоже будут «давить» на рынок труда, поскольку они также имеют право стать на учет и претендовать на выплаты по безработице. Я считаю, эта цифра будет, как минимум,  в два раза больше. Далеко не все те, кто являются безработными  обращаются в Центры занятости. Они не считают, что тот уровень помощи социальных выплат, которые предоставляет Центр занятости  является для них спасением и реальной помощью. И если верить результатам социологических опросов и исследований, люди, которые переживали период безработицы, длящийся несколько месяцев, то из них только каждый четвертый обращался в Центр занятости, а это тоже важный показатель.

Необходимо подчеркнуть, что мы все пользуемся определением Международной организации труда по безработице, а украинская статистика ориентируется на наше законодательство. На сегодняшний день появляется такая форма занятости, ее мы называем «атипичная занятость» или «неформальная занятость», но  которая  становится нормальной. Это происходит, когда ряд представителей рабочей силы,  ряд экономически активного населения  «кочуют» от одного вида занятости к другому короткими периодами без официальной регистрации, и, в связи с этим, без социальной защиты. По оценки различных экспертов в нетипичной занятости находится от 20% до 30% рабочей силы. Но здесь нужно отметить огромную неравномерность между сферами деятельности.

Не секрет, что этот кризис будет очень ощутимым для экономики в целом, соответственно, и для рынка труда. Анализы украинского рынка труда за последние несколько лет говорят о том, что есть огромный дисбаланс между спросом, требованием работодателя и теми профессиональными навыками, которые рабочая сила может предложить. Именно этот дисбаланс, включая также дополнительную характеристику – оплату труда, является одним из факторов, выталкивающий рабочую силу за рубеж – это трудовая миграция с одной стороны, и тем, что у нас по-прежнему есть невостребованные рабочие места, на которые не хочет идти рабочая сила. Здесь нельзя говорить о том, что работодателю нужны гораздо более квалифицированные специалисты.  Скорее всего, у нас есть противоположная тенденция. В Украине формально рабочая сила имеет более высокий уровень образования, чем необходимо для открытых вакансий. Другими словами, крайние позиции рынка  не совпадают. У нас есть рынок с очень высокими квалификациями, соответственно и оплатой труда, куда начинают приглашать иностранных специалистов или где идет частая ротация рабочий силы, и, наоборот, есть рынок для неквалифицированной рабочей силы, которая всегда нужна в любой экономике, но куда не хочет идти украинская рабочая сила, особенно молодежь. Это тот негативный эффект от  высшего образования, который мы имеем на сегодняшний день, при том, что уровень оплаты труда является также неудовлетворительным.

Если говорить о карантинной ситуации в Украине, я бы сказала, что этот удар пришелся очень неравномерно на сегодняшний день. С одной стороны, останавливаются бизнес процессы, финансовые потоки, некоторые договора, приостанавливаются договоренности. Некоторые сегменты деятельности, если мы говорим о малом бизнесе, о некотором сегменте самозанятых, фактически сегодня не востребованы. С другой стороны, возникает другой спрос в каких-то отраслях, начинается мобильность рабочей силы, и мы видим определенный спрос. Я не говорю о медицинской сфере, потому что это требует определенной квалификации, из-за этого трудно осуществить мобильность рабочей силы в этот сегмент, разве что в факторе волонтеров, добровольных помощников, организационного персонала – в этом случае возможно.

Из тех рынков, которые на сегодня получили большую востребованность, можно отметить рынок водителей, курьеров, частично другие сферы обслуживания, которые допустимы в данных условиях. Можно предположить, если мы говорим о сегменте самозанятых, то он в огромной степени находится в теневом сегменте – это касается ремонта, торговли, косметических, парикмахерских услуг, репетиторства. Он уже уходит в тень, в нелегальную ситуацию, частично – в онлайн. С одной стороны, здесь будет конкуренция, желание заработать больше денег, поскольку есть спрос, с другой стороны, неизбежно снижение оплаты труда за счет того, что это находится за рамками легальности при нынешнем карантине. Здесь будут возникать огромные диспропорции, огромные проблемы социально-экономического неравенства. Нужно понимать, что нынешняя карантинная ситуация фактически не работает на наполнение государственного бюджета. С другой стороны, на сегодняшний день огромный запрос к государственной политике.

Я думаю, со стороны правительства нужно было бы предпринимать следующие действия. Если мы хотим простимулировать создание рабочих мест, то вопрос создания этих мест – это вопрос инвестиций. А вопрос сохранения рабочих мест – это поиск механизмов компенсации работодателям, беспроцентных кредитов, растянутых во времени работодателем для того, чтобы они сегодня не увольняли рабочую силу, а имели возможность выплачивать ей усеченный вариант заработной платы. Только этот уровень должен составлять не наш официальный минимум, а достойный, чтобы рабочая сила не «утекала», не искала другие сегменты, а ожидала своей реализации. Вероятнее всего, даже в самых худших перспективах, карантинные меры продлятся до двух месяцев, и даже если будет вторая волна вируса и карантина, то вскоре начнется период активной работы. Поэтому такого рода финансовая поддержка для работодателей, безусловно, сегодня очень нужна.

Кроме того, сегодня правительство провозгласило о выплате по 1000 грн для пенсионеров, при этом мне непонятно, за какой период времени это произойдет, и нужно учитывать, что пенсионеры пенсионерам —  рознь. Скорее всего, это стигматизация этой категории. Подчеркну, сейчас в срочном порядке нужно говорить и заботиться о малообеспеченных группах, они хорошо известны, особенно учитывая местные громады. При этом почему-то ничего не говорится о семьях, в которых 2+ ребенка, а мы хорошо знаем из данных Государственной службы статистики, где 2 ребенка – это часто бедность, даже при двух работающих родителях. Работающие, но при этом бедные – данная проблема никуда не делась. Необходимо им предоставлять материальную помощь, поскольку это будет стимулированием спроса через товаропотребление и возможность обеспечить более-менее нормальные условия, чтобы пережить эту ситуацию.

Что касается налогов, то на сегодня для малого бизнеса приостановлены определенные налоги, например, для ФОПов приостановлены налоги на два месяца. Я думаю, если ситуация потребует, то правительство пойдет навстречу, то есть, какие-то шаги правительство уже делает, но я бы не сказала, что в этом есть системность.

Я считаю, что в данной ситуации правительству необходимо представить конкретный операционный план, озвучить пошаговые действия понятным языком – что, кому, когда и как будет обеспечено, особенно учитывая высокое недоверие к власти, к информации, которая ею транслируется. Например, гражданам страны  рассказали, как надевать и снимать маску, дезинфицировать руки и т.п. Вот  точно так же правительство должно четко разработать программу и рассказать, как и каким способом окажут помощь людям, которые вынуждены сидеть дома, у которых нет возможности дистанционной работы, при этом есть риск остаться в неоплачиваемом отпуске или безработными.

Есть выход, который сегодня предложен во многих странах – это частичная безработица. Он предложен, уже адаптирован, к сожалению, в Украине пока говорят об этом только эксперты, а власть их не услышала или пока не готова  это слышать. Например, в этих странах в зависимости от возможностей будет сохраняться оплата труда в размере 60-80%. При этом сохраняется рабочее место, а деньги на заработную плату выплачиваются из счета Фонда социального страхования по безработице.

С учетом того, что весь мир столкнулся с этой ситуацией, Украине нужно самой просчитывать свои риски и возможности. Но, однозначно,  нужно действовать, а не рассказывать, каким образом решается вопрос помощи инфицированным и медикам, что также очень важно, но нужно думать о миллионах людей, которых сегодня называют «рабочей силой»  и от которых будет зависеть, как выйдет страна из карантина, необходимо понимать, как действовать во время экономического кризиса, который неизбежно будет развиваться.

Напомню, что в конце  марта  Кабмин упростил получение пособия по безработице на период карантина. Я считаю, это очень важное решение, но его будет недостаточно. Далеко не все обращаются в Центр занятости получить статус безработного, и не все смогут его получить. На сегодня, думаю, очень важно рассмотреть статус частичной безработицы и предпринять соответствующие шаги.

Отмечу, у людей очень низкие надежды на Центр занятости. Я считаю, сейчас необходимо вводить онлайн сервисы, которые сокращают время даже самой обработки информации, они также предполагают возможность саморегистрации. Но есть и обратная сторона, поскольку уровень образования в сфере «онлайн» у населения в возрасте от 50+  не очень высокий и далеко не все смогут воспользоваться подобным сервисом. Проблем много, и в основном они кумулятивные, поэтому нельзя все перевести только на онлайн сервисы, нужно оставить непосредственную работу работников Центра занятости с населением. Но даже при онлайн сервисах нужно продумывать обратную связь, которая на данный момент не работает на должном уровне. Добавлю, с моей точки зрения, относительно среднего и малого бизнеса, важно ввести своего рода компенсаторные выплаты или беспроцентные кредиты для работодателей.

Также необходимо акцентировать внимание на том, что сегодня «под нож» кризиса попадают все малообеспеченные категории. Это пенсионеры, которые получают пенсию, не превышающую 5000 грн, а таких у нас около 75%.  Безусловно, часть из них получают помощь от своих детей, но часть – нет. Слабое место нашей социальной политики заключается в том, что для этой дифференциации:  кто же является наиболее слабым звеном – у нас такая база отсутствует.  У нас есть помощь одиноким матерям, независимо от того, кто и как обеспечивает эту одинокую мать. Это та таргетированная социальная помощь, которая декларируется и которая реально не подтверждена ни одной учетной базой, где можно было бы понимать хотя бы количественно оценку тех людей, которые будут нуждаться в помощи. Мы знаем только то, что формирование таргетированного реестра нуждающихся в помощи людей – не делается быстро, но это то, чего не хватает именно сегодня. Кроме того, у нас выдают официальные статусы без проверки реального положения вещей, точно так же обстоит дело с компенсацией по услугам ЖКХ. При этом, около четвертой-пятой части семей, которые получали компенсацию – на самом деле не нуждаются в ней, а это большие  деньги.

Еще одна категория, которая нуждается в защите – это люди с инвалидностью. Там тоже ситуация не однозначная. В достаточно редких случаях у родственников есть возможность помочь и обеспечить их, но в большинстве случаев такого не происходит. Также есть люди, имеющие хронические заболевания и часть своего семейного бюджета должны тратить на лекарственные препараты. К сожалению, цены на лекарства не снижаются. Это еще одна проблема, над которой нужно думать и каким образом она может быть решена.

До тех пор, пока у нас будет ситуация карантина, думаю, правительству получится избежать социальных бунтов, люди будут тратить свои небольшие сбережения, занимать деньги и на какой-то период.  Но после окончания карантина, если не будет предложена возможность заработка, то мы можем ожидать социальные взрывы, протесты тех, кто будет требовать смены власти на местном уровне. Эти люди будут требовать открытие предприятий, повышение гарантированных имеющихся выплат.

Например, в январе мы уже имели огромный всплеск негатива после информации о тех уровнях заработной платы, премий, которые назначали себе госчиновники высокого уровня. На сегодняшний день элемент социальной несправедливости в распределении оплаты труда – тоже будет очень важен. С одной стороны, можно считать, что это популистские меры в условиях рыночной экономики. С другой стороны, ради сохранения социального спокойствия, и чтобы его контролировать, можно было бы начать внедрять эти популистские меры. Кстати, вопрос о расслоении уровня доходов во многих странах является актуальным, и государство ищет варианты его регулирования. Добавлю, наш институт  неоднократно в своих докладных записках обосновывали необходимость прогрессивного подоходного налога, но этот вопрос по-прежнему не решен. Подчеркну, что бытовое экономическое неравенство  станет  фактором негативной оценки деятельности действующей власти.

Лидия Ткаченко, ведущий научный сотрудник Института демографии и социальных исследований имени НАН Украины.

Опыт предыдущих кризисов показывает, что все глобальные потрясения очень больно бьют по слабым экономикам, в том числе, по нашей. Даже не потому, что украинская  экономика слишком открытая или сырьевая, а потому что у нее низкий уровень организации, плохое управление и полная безответственность. Украина, по сути,  пока еще остается полуфеодальной страной, с неразвитой рыночной экономикой и искаженными ценностями. И именно поэтому у нас кризисы выливаются в обрушение ВВП и гиперинфляцию, но без особого роста армии безработных. Во время кризисов 2008/2009 и 2014/2015 годов ВВП снижался на 15%, инфляция достигала 40%, а уровень безработицы повышался на 2–3 процентных пункта, не выходя за пределы 8–10%.

Но уровень безработицы – не единственный, и далеко не самый лучший показатель ситуации на рынке труда. Главное – что происходит с занятостью, и не только в масштабах, но и в структуре. Даже в лучшие времена нашим людям не особо приходится выбирать место работы, бедность стала привычным чувством для многих работающих. В кризис же уменьшается не просто занятость, а ее относительно благополучная часть, и увеличивается сегмент занятости неформальной и незащищенной. При отсутствии других средств к существованию, при слабой системе социальной защиты, у людей нет другого выхода, как браться за любую работу, соглашаясь на еще более худшие условия.

У нынешнего кризиса есть, как минимум, три отличия от предыдущих:

Обычно кризис бьет больше всего по отраслям реального сектора – промышленность, строительство, транспорт, а также бизнес-услуги. На этот раз, из-за карантина, первым под удар попал сектор розничных услуг, включая торговлю и даже рынки, которые давно уже стали основным источником рабочих мест. По данным обследования рабочей силы, торговля является лидером по числу занятых – в этой отрасли сосредоточено 3,7 млн из 16,4 млн общей численности занятых (22% всей занятости). У нас в торговле занято в полтора раза больше людей, чем в промышленности (2,4 млн), и на четверть больше, чем в сельском хозяйстве (2,9 млн). Только четверть занятых в торговле работают на предприятиях, то есть в магазинах, остальные стоят на рынках и чаще всего без оформления трудовых отношений. Сильнее торговли пострадал от карантина сектор HORECA (гостинично-ресторанный сервис), где только треть занятых работают по найму на предприятиях, а остальные – в секторе самозанятости. Учитывая масштабы использования «неформальных» трудовых отношений, работники торговли и HORECA имеют большие шансы остаться сейчас без работы и/или зарплаты. В то же время, этот сектор может быстро возобновить свою работу, как только будут послабления в карантинном режиме.

Второе. Во время предыдущих кризисов была возможность выехать на заработки в страны, где экономическая ситуация лучше. Сейчас многие государства закрыли свои границы, и тоже ввели жесткие карантинные меры. По разным данным, из-за карантина в Украину вернулись 160-270 тысяч граждан, часть из которых потеряли возможность  заработка за границей. Конечно не факт, что они сразу станут искать работу на родине. За долгие годы у многих уже сформировалась устойчивая трудовая модель, где периодические поездки и временные подработки в валюте гораздо более привлекательны, чем постоянная работа по месту жительства. Скорее всего, наши заробитчане не сразу выйдут на отечественный рынок труда, оставаясь какое-то время неактивными. Тем более, что уровень заработков в странах-реципиентах все равно будет гораздо выше, чем в Украине, и дефицит рабочей силы, а особенно дешевой рабочей силы трудовых мигрантов, у них тоже останется. И вряд ли кризис ударит по странам-реципиентам больнее, чем по нам.

Третья особенность: предыдущие кризисы имели финансово-экономическую природу и несли риски для работников бюджетной сферы – сокращение численности, а чаще урезание зарплаты и/или задержка выплаты, неоплачиваемые отпуска и т.п. Теперь же медицинские работники на особом счету, им зарплаты повышают. Всем остальным тоже обещано сохранение рабочих мест и зарплат.

С учетом названных отличий, новый кризис может оказаться и короче, и мягче по своим последствиям для рынка труда. Уровень безработицы в 15-20% у нас навряд ли возможен: для этого нужно, чтобы численность безработных выросла с 1,5 млн до 2,6–3,5 млн, т.е. на 1-2 млн. человек. Обычная реакция нашего рынка труда на кризис не превышала +0,5 млн безработных, и это еще в старых границах, с Крымом, всем Донбассом, и вообще при большей численности населения трудоспособного возраста.

При этом меры, предусмотренные Законом Украины «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины, направленных на обеспечение дополнительных социальных и экономических гарантий в связи с распространением коронавирусной болезни (COVID-19)», не очень помогут в борьбе с безработицей.

Конечно, очень правильно, что в перечень случаев, когда предоставляется пособие по частичной безработице, добавили остановку/сокращение производства в связи с мерами по профилактике и предотвращению распространения эпидемии, а также период карантина для субъектов малого и среднего бизнеса. Но оформлением этого пособия должен заниматься работодатель, то есть нужно, чтобы у работодателя было желание и ресурсы этим заниматься, и кроме того, у работодателя не должно быть задолженности по выплате зарплаты и ЕСВ за последние 5 лет. Поскольку в секторе малого и среднего бизнеса трудовые отношения имеют свою специфику (часто считается, что трудовое законодательство их вообще не касается), случаи обращения за таким пособием, скорее всего, не станут массовыми.

Также очень правильно, что в период карантина пособие по безработице будет назначаться с первого дня предоставления статуса безработного и без обязательства безработного лично посещать центр занятости. Но поскольку центры занятости на карантине, и не ведут прием, для некоторых граждан может оказаться проблемой даже подать документы на оформление пособия. Да, есть возможность подать документы по электронной почте. Но далеко не у всех есть дома компьютеры и доступ к интернету. Есть альтернативная возможность – положить пакет документов в специальный ящик для корреспонденции в центре занятости. Но в условиях карантина для многих может оказаться проблемой даже просто распечатать форму заявления, не говоря уже о том, чтобы собрать огромный пакет документов (а некоторые копии требуют нотариального заверения), и потом каким-то образом добраться до самого центра занятости, к заветному ящику для корреспонденции. Поэтому, скорее всего, большого роста численности безработных, зарегистрированных в службе занятости, мы тоже не увидим. Кстати, во время предыдущих кризисов численность зарегистрированных безработных даже уменьшалась, поскольку надежды на трудоустройство становились еще призрачней, а условия получения и размер пособия по безработице – еще жестче.

В нынешних условиях больше пользы принесет сотрудничество и партнерство, которые нужно выстраивать на всех уровнях взаимодействия. Чтобы украинская экономика стала сильнее, наше общество должно стать более сплоченным и организованным.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here