В Украине резко замедлился рост ВВП. Экономика страны закончила 2019 год с неожиданными результатами: с одной стороны, укрепление гривны к доллару на 14,5% за год и замедление инфляции, с другой – падение промышленного производства. Промпроизводство в ноябре сократилось на 7,5% по сравнению с ноябрем 2018 года – это худший показатель со времен кризиса 2014-15 годов. По итогам 4 квартала прошлого года ВВП  вышел в плюс всего на 1,5%. В Минэкономики также  констатировали: спад промышленности приобрел системный характер.  Такие результаты противоречат обещаниям премьер-министра Алексея  Гончарука, который заявлял о возможности роста ВВП на 40% за пять лет.

Эксперты отмечают, что причин резкого замедления отечественной экономики множество. Одна из них  – падение мировых цен на продукцию металлургии, также сюда относят и  укрепление гривны (по некоторым подсчетам  из-за этого экспортеры потеряли около $3 млрд). Госбюджет также пострадал от укрепления гривны. Настолько, что в правительстве пообещали пересмотреть ключевые параметры бюджета-2020.

Какие риски  ждут отечественную экономику  в этом году? Охлаждение мировой экономики – один из главных рисков макропрогноза на 2020 год. Специалисты также указывают, как на один из рисков,  отсутствие  сотрудничества с МВФ. В начале декабря Украина получила принципиальное согласие МВФ о транше,  но до официального подтверждения нужно реформировать банковское судопроизводство, принять закон о рынке земли. Иностранных инвестиций, скорее всего,  также не будет, констатируют экономисты. Деолигархизация, демонополизация, борьба с коррупцией, верховенство права – ключевые факторы для стратегических зарубежных инвесторов, без которых невозможно  говорить об экономическом прорыве. Без реальной судебной реформы Украина продолжит разве что привлекать спекулятивный капитал в гособлигации. Багаж, с которым украинская экономика вошла в 2020 год позволяет сделать вывод: серьезного экономического прорыва, о чем еще осенью громко заявляли в Кабмине,  ожидать не стоит.

Почему украинская экономика стала резко тормозить, и что с ней будет  в текущем году?  С какими рисками  придется иметь дело? Не перерастет ли антирекорд четвертого квартала 2019 года в тенденцию всего 2020 года? Об этом  Фонду «Украинская политика» рассказал Виктор Скаршевский, экономический эксперт, вице-президент  Украинского союза промышленников и предпринимателей.

Замедление роста ВВП  было очевидно еще в IV квартале 2019 года. Происходит рецессия, падение промышленного производства не только продолжается, оно  ускоряется на протяжении 7 месяцев  2019 – с июня по декабрь. В декабре 2019 года падение промышленности составило минус 8,3% по отношению к декабрю 2018 года. При такой динамике в промышленности, а  промышленное производство в структуре ВВП занимает порядка 24%, это должно было сказаться и на показателе ВВП, что и произошло.

Согласно данным Госстата такая же динамика падения занятости происходит и по штатным сотрудникам. Количество их сократилось на 80 тысяч человек только в IV квартале 2019 года, а за год этот показатель уменьшился на минус 300 тысяч человек. А 2018 году он составлял  минус 13 тысяч по штатным сотрудникам, т.е. существенно меньше.

Если посмотреть годовой показатель, то рост ВВП в 2019 году составил 3,2-3,3%, что лучше, чем было заложено в бюджете 2019 года, где рост составлял 3%. Но ВВП – это агрегированный показатель. Нужно смотреть на структуру роста, на его качество и устойчивость. А рост ВВП за последние годы, особенно за IV квартал 2019 года, является некачественным и неустойчивым. На фоне деиндустриализации, существенного сокращения промышленного производства, мы все же видим рост ВВП. Прежде всего, это происходит за счет торговли, в том числе и за счет торговли импортными товарами. Розничный товарооборот растет, и за 2019 год он вырос на 10,5%. Сейчас номинально выросли заработные платы, но это произошло не за счет инвестиций в производство, модернизацию, не из-за создания новых рабочих мест,  не из-за повышения производительности труда, а из-за дефицита рабочей силы в связи с массовой миграцией.  То есть, это не результат каких-то действий, реформ, улучшений, а внешний фактор. Украинские работодатели вынуждены повышать зарплаты, чтобы хоть как-то удержать граждан в стране. Именно поэтому и происходит больше потребления, что, в свою очередь, стимулирует рост банковских потребительских кредитов, которые выдаются под 30-80% годовых. Рост выданных банками потребительских кредитов составил 30-40%. Все это стимулирует розничную торговлю, в основном, импортными товарами, поскольку в Украине потребительские товары практически не производятся.

Тот факт, что в Украине быстрыми темпами развивается только импорт, подтверждает рекордный за последние 5 лет дефицит торгового баланса, который по данным Нацбанка в прошлом году достиг минус $13,9 млрд, что в 4 раза больше, чем в 2015 году, показатель которого составлял минус $3,5 млрд. Получается, что накапливается валютный дисбаланс, при этом растет ВВП. А покрываются валютные дисбалансы за счет денег гастарбайтеров, их сумма, перечисленная в Украину, составила $12 млрд. Если бы эти гастарбайтеры работали не за границей, а в Украине, то они производили бы намного больше добавленной стоимости, чем за рубежом. Выходит, что мы экспортируем сырье, например, в Польшу, а украинские заробитчане из этого сырья производят готовый продукт, который потом импортируется снова в Украину. На каждом этапе мы теряем всю добавленную стоимость, оставляя ее за границей. Но при этом мы показываем рост ВВП.

Добавлю, дефицит торгового баланса покрывается еще спекулятивными деньгами нерезидентов. Раньше в Украину заходили деньги от гривневых облигаций внутреннего государственного займа (ОВГЗ), сумма которых в прошлом году составила $4,3 млрд. И если эти деньги перестанут заходить в Украину, то уменьшатся предложения валюты и возобновятся девальвационные процессы.

Если говорить про 2020 год, то по прогнозам рост ВВП в этом году составит 3-3,5%. Если этот рост будет происходить за счет торговли и импорта, то он повлечет за собой наращивание дисбалансов в экономике, усугубление, а не развитие сырьевого сектора украинской экономики. Если произойдет новый финансовый кризис или очень резкое ухудшение внешнеэкономической конъюнктуры, падение цен на металл, руду, зерно, то, исходя из этих накопленных дисбалансов, в Украине наступит глубокий экономический кризис. Стоит напомнить, что относительно благоприятный для Украины период был с 2016 года по 2019 год, в то время была хорошая внешнеэкономическая конъюнктура. Но Украина этим не воспользовалась, не была  проведена  модернизация украинской экономики.

Кроме того, если смотреть на действия правительства, то они не сделали почти ничего для подготовки базиса для дальнейшего роста экономики. В Украине можно было воспользоваться опытом других стран, где был мощный и длительный, качественный и устойчивый экономический рост. Есть такой показатель, как доля инвестиций в ВВП. У тех стран, у которых был длительный рост ВВП в 6-7% на протяжении 10-15 лет, доля инвестиций в ВВП составляла порядка 25-35% минимум, а в некоторых странах и 40%. В Украине этот показатель составляет 15-17% от ВВП. Необходимо в два раза увеличить объемы инвестиций для того, чтобы достичь долгосрочного устойчивого экономического роста. В Украине они находятся на очень низком уровне, но  ничего не делается для того, чтобы повысить этот показатель.

Следует подчеркнуть, что в Украине не используется инструмент индустриальных парков, нет нормальных условий для инвесторов – не только для внешних, но и для внутренних. Например, необходима подготовка промышленных площадок, бесплатное подключение к электроэнергии и ко всем остальным коммуникациям, отсутствие налога на землю. В Украине все эти аспекты коррумпированные и затратные. Если кто-то предлагает построить автомобильный завод, то ему нужно предоставить площадку. Если кто-то создает рабочие места, ему нужно компенсировать затраты с местного или госбюджета на каждого нового сотрудника. При этом, если этот человек хочет продавать продукцию на экспорт, то через экспортное кредитное агентство можно выйти на переговоры с покупателями с отличными финансовыми условиями под 1-2% годовых по кредиту. Это делается для того, чтобы производитель и экспортер в одном лице мог конкурировать на внешнем рынке. Во всех странах продавцы-экспортеры ходят с экспортными кредитными агентствами на переговоры по продаже своей продукции. А покупатель там всегда смотрит на финансовые условия и затраты, а не только на качество продукции. Если сейчас украинский экспортер придет на переговоры, где присутствует отсрочка платежа, и увидит, что  у нас стоимость денег составляет 20% годовых. Для того, чтобы произвести продукцию и выиграть по тендеру, необходимы «длинные» деньги, которых в Украине нет. Но в Украине есть инфляционное таргетирование как метод борьбы с инфляцией, а это удорожание всех денег, что мы сегодня и наблюдаем.

Говоря о сельском хозяйстве, нужно отметить, что производство сельхозпродукции в январе 2020 года, по сравнению с аналогичным периодом 2019 года, сократилось на 0,7%. В прошлом году, несмотря на очередной рекордный урожай, производство продукции сельского хозяйства выросло на 1,1%. А в 2018 году  производство сельхозпродукции выросло на 8,1%. Сельское хозяйство – это очень нестабильная сырьевая отрасль. В том же животноводстве также необходимы «длинные» деньги, субсидии, поддержка государства. Поскольку в Украине все это отсутствует, то животноводство не развивается, постепенно происходит сокращение поголовья, снижаются объемы поставок молока. В Украине основная база сельского хозяйства является сырьевой, не создаются предприятия по переработки, поскольку нет «длинных» денег и условий для инвесторов.

В Украине не следует делать ставку только на сельское хозяйство, как на двигатель экономического роста, несмотря на то, что, например, кукуруза возглавила топ-10 товаров украинского экспорта. При этом экспорт продукции машиностроения упал. Необходимо было реализовать кластерную политику и простимулировать украинское машиностроение, которое могло бы дать толчок развитию сельского хозяйства.

Проанализировав данные Мирового банка по 150 странам, я сделал вывод, что бессмысленно делать ставку на сельское хозяйство. Существует четкая функциональная зависимость: чем выше доля сельского хозяйства в экономике страны, тем эта страна беднее. Когда представители власти говорят, что аграрный сектор может стать локомотивом развития экономики, то они даже не задумываются, что само слово «локомотив» является частью отрасли машиностроения.

Вспомнив историю, можно сделать вывод, что падение производства в Украине через экспорт также связано с введением пошлин и квот со стороны других стран. Многие страны так и оставались бедными, поскольку им была навязана свободная торговля, т.к. страны, когда становились богатыми, защищали свой рынок. Начало этого было положено Англией еще в XV веке, далее эстафету подхватили США, у которых были самые высокие в мире пошлины на импорт промышленной продукции на протяжении 100 лет, вплоть до 1939 года. Свободную торговлю начали пропагандировать те страны, которые достигли абсолютного преимущества перед другими странами. Они не хотели, чтобы у них были конкуренты со стороны, а хотели продавать беспошлинно свою продукцию. Для этого они и говорили, что нельзя поднимать импортную пошлину.

 Говоря о прогнозах на 2020 год, следует акцентировать внимание на том, что властью не предпринимаются никакие действия к изменению структуры экономики, к наращиванию экспорта высокотехнологической продукции, также нет экспортно-кредитных агентств, индустриальных парков. Внешнеэкономическая конъюнктура ухудшается, соответственно, уже пошел циклический спад, при этом сырьевые рынки закономерно подвержены циклам, а Украина – сырьевая страна и зависим от циклов также. Все это начало сказываться на промышленности, особенно, во второй половине 2019 года. В целом, идет замедление мировой экономики, появляются разные «черные лебеди», например, коронавирус, что усиливает негативную тенденцию в мировой торговли и в мировой экономике.

Структура экономики не поменяется, поскольку ничего не делается, при этом внешние факторы становятся все более негативными. Если будет мировой финансовый кризис, то Украина это на себе в полной мере ощутит. Нерезиденты уже начали терять интерес к облигациям внутреннего государственного займа Украины (ОВГЗ), их не устраивает ставка, присутствие рисков мировой экономики. И если ухудшается ситуация в мировой экономике, то они выводят свои капиталы из развивающихся рынков, а именно таковым и является рынок Украины. Поэтому первый этап – это отказ заводить деньги в Украину. Кстати, Министерство финансов Украины во время традиционного аукциона по продаже ОВГЗ 18 февраля 2020 года хотело привлечь 4,5 млрд грн, а продало в 3 раза меньше, в сумме, эквивалентной 1,5 млрд грн. Самое интересное – это отсутствие спроса на трехлетние облигации, более-менее продавались годовые облигации.

К прогнозам на 2020 год можно отнести и тот факт, что когда не будет притока валюты, начнется ее отток от спекулянтов, нерезидентов, и мы сразу почувствуем это на усилении девальвации. А если они захотят зафиксироваться и продавать на вторичном рынке ОВГЗ, то это еще больше повлияет на девальвацию. Пока сдерживающим фактором есть отсутствие Фондового рынка, развитого вторичного рынка ОВГЗ, поэтому за один день нерезиденты не смогут вывести валюту.

В Украине в 2020 году не может быть устойчивого роста, поскольку в 2019 году инвестиции в ВВП составляли 15%. Напомню, для высокого и устойчивого роста ВВП необходимы инвестиции, порядка 25-30%. Те же самые прогнозы уже сейчас можно озвучить касательно 2021 года.

Инфляционные процессы в Украине будут зависеть от курсовых процессов. Все идет к тому, что возобновится девальвация, показателями этого является внешнеэкономическая конъюнктура, поведение нерезидентов. Напомню, в государственном бюджете на 2020 год заложен курс 27 грн за доллар. Возможно, это сделано для того, чтобы не показывать снижение доходов бюджета, по сравнению с 2019 годом. А в 2019 году государственный бюджет недополучил 85 млрд грн, а это составляет почти 10% недополученных денег относительно плана на 2019 год. Если посмотреть на динамику, то в 2020 году недополученные средства могут составить 100-120 млрд грн, что также приравнивается к 10% от запланированных доходов. В январе провал составлял минус 24,5%, а февраль будет немногим лучше, согласно опубликованным данным Казначейства. При этом курсовая разница не может объяснить падение экономики.

Если попробовать найти виновных в экономическом спаде, то тут все зависит не от конкретных фамилий. В Украине нет экономической стратегии, нет политической элиты в полноценном смысле этого слова, которая думает о стране, у которой есть понимание направления движения развития страны на 20-30 лет вперед. Мы должны понимать, какую экономику мы хотим иметь в конечном итоге. Если мы хотим иметь сырьевую модель, которая у нас сейчас, и только усугубить ее, тогда в Украине население составит 10-15 млн человек, произойдет «консервация» бедности. Цифра в 10-15 млн вытекает из тех соображений, что при такой экономике в большом количестве людей нет необходимости. Если же мы хотим развивать страну, создавать новые рабочие места, смещать акценты с сельского хозяйства, но это не означает, что его не нужно развивать, просто необходимо в приоритете развивать инновационно-индустриальные отрасли, тогда должна быть другая политика. Под эту экономическую стратегию должны быть задействованы другие инструментарии. Это все то, что делали ныне богатые страны в процессе  развития своей экономики.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here