В 2020 году Мюнхенская конференция, которая считается одной из самых авторитетных площадок для дискуссий мировых лидеров, проходила  с 14 по 16 февраля. Эта конференция проходит ежегодно с 1963 года.  Всего в Мюнхен в этом году приехали  около 140 глав государств и правительств.

В пятницу, 14 февраля, план под названием «Двенадцать шагов к большей безопасности в Украине и евроатлантическом регионе»  был опубликован на сайте 56-й Мюнхенской конференции по безопасности. Инициатива предложена группой лидеров по вопросам евроатлантической безопасности (Euro-Atlantic Security Leadership Group). В нее входят председатель Мюнхенской конференции по безопасности Вольфганг Ишингер,экс-министр обороны Великобритании Дес Браун (от Европейской сети лидеров, European Leadership Network,  крупнейший общеевропейский аналитический центр по вопросам безопасности),  экс-сенатор США Сэм Нанни бывший министр энергетики США, американский физик-ядерщик Эрнест Мониз (от Инициативы по ядерной угрозе, Nuclear Threat Initiative), бывший глава МИД РФ Игорь Иванов (от Российского совета по международным делам). Его подписали, помимо инициаторов, более сорока  влиятельных специалистов в области международной безопасности — лидеры аналитических центров  Западной Европы, бывшие дипломаты и т. д.

Предложенными мерами решаются следующие задачи: прекращения огня через ужесточение контроля за состоянием дел на фронте, создание механизма легализации экономики неподконтрольных территорий, чтобы предприятия там могли функционировать и экспортировать свою продукцию, создание международного фонда по финансированию восстановления Донбасса, запуск системного диалога ЕС и России.

Политологи отмечают, что этот план, по сути,   мягкая заморозка конфликта, с фактическим окончанием войны и экономическим возрождением Донбасса — в том числе за счет РФ.  И урегулированием ряда гуманитарных вопросов, например, облегчения пересечения пунктов пропуска. А также  по запуску процесса нормализации отношений Евросоюза и РФ.

Против «12 шагов» высказался МИД Украины. «Тезисы, содержащиеся в этом документе, не соответствуют официальной позиции Украинского государства», — сказано  в сообщении  МИД. Также  ряд бывших дипломатов США (в частности, Стивен Пайфер, Уильям Тейлор и Мари Йованович), чиновников и экспертов обнародовали на сайте аналитического центра Atlantic Council (считается близким к демократам) заявление, в котором раскритиковали «12 шагов».

Илия Куса фото«Мюнхенский план»  прокомментировал для Фонда «Украинская политика»   эксперт по вопросам международной политики  аналитического центра «Украинский институт будущего» Илия Куса.

Инициатором «Мюнхенского плана»  выступила  группа  лидеров по вопросам евроатлантической безопасности(Euro-Atlantic Security Leadership Group).  В этом проекте были задействованы американские, российские, европейские, украинские эксперты, аналитики. В этих 12 пунктах «Мюнхена» по Донбассу я лично не увидел ничего нового или резонансного. На самом деле эти 12 шагов отражают реальную повестку, которую обсуждают, в первую очередь, россияне и европейцы между собой по поводу Украины. По отдельным аспектам она не всегда может соответствовать официальной позиции Украины. Отмечу, там есть пункт (последний) о национальной  идентичности. Но когда какие-то страны пытаются сказать отдельной стране, какая у нее должна быть идентичность – это для меня странно.

Я уверен, что конкретно пункт о национальной идентичности инициировала Россия, поскольку вопрос о некой проблеме национальной идентичности Украины, когда в Украине преследуют русскоязычных, ущемляют их права – это тезис, который  русские разгоняют в Европе. Нужно отметить, этот план  не является официальной позицией государств. Возможно, на этой конференции специально подали этот материал так, чтобы посмотреть на реакцию. Это свидетельствует о том, что та повестка, которая до этого обсуждалась – неактивна, хотя все страны знали позицию друг друга. Теперь же данная проблематика выходит на более открытую площадку,  как это произошло в Мюнхене.

Украинскому правительству нужно понимать, что если мы хотим, чтобы нашу позицию услышали, нам нужно выходить со своими планами и пунктами. Для меня позиция, что «все ужасно, все вокруг плохие, давайте удалять план» – это та позиция, которая ничего не несет за собой. Она свидетельствует об отсутствии своего виденья,  и если за границей появляется какой-то план, мы начинаем по этому поводу рефлексировать. Я считаю, обязательно нужно предлагать свое, поскольку рефлексия ничего не дает.

Напомню, с сайта Мюнхенской конференции удалили, а потом снова восстановили план «завершения войны на Донбассе». Для себя я сделал вывод, что, возможно, авторы проверяли реакцию,  и когда она показалась возмутительно-гневной, они удалили его, но вот зачем вернули – не знаю. Все это только усилило конспирологические  разговоры.  Возможно, удалили, потому что не все присутствующие были с этим согласны, а в Европе нет единой позиции по поводу Украины. Есть те, кто занимает позицию, близкую к украинской, другие – к российской, третьи пытаются лавировать посередине. Есть группы  в европейских странах, где общественное мнение близкое к нашему МИДу.  Поэтому данный план вызвал неоднозначную реакцию не только в Украине.

Ключевой вопрос в том, когда кто-то проявляет инициативы – нужно выходить со своим планом, мнением. Не нужно только говорить, что «это плохо». Нужно отвечать и вносить свои предложения. Например, «да, это плохо, мы тут не согласны, мы считаем, что тут следует сделать так». Но у нас такие позиции редко встречаются.

Урок из этой ситуации выносится один, что если ты не придумываешь и не озвучиваешь свою позицию, пункты, планы, свое виденье, как решать конфликт, то вместо тебя это будут делать другие. Эти планы будут появляться с подачи других заинтересованных и незаинтересованных участников, и мы будем обсуждать чужую повестку. Именно это сейчас и происходит. То, что мы делаем в нормандском формате и в Минске —  мы обсуждаем чужую повестку. Минские договоренности, формула Штайнмайера, договоренности с Россией – это все было инициировано не Украиной. Украина тут рефлексировала и только отвечала, согласна она или нет. К сожалению, с нашей стороны инициатива исходила лишь однажды, когда мы выдвигали план миротворцев, но позже он заглох, потому что Россия оказалась «против». Этот план не был полноценным, там не было подробностей, дело не дошло до обсуждения мандата миротворцев.

Стоит отметить, по этим пунктам четко видно, что их цель – найти какой-то компромисс, чтобы заморозить ситуацию. То есть, мы не решаем конфликт, но мы закладываем базу для заморозки ситуации и последующих переговоров. Эта база для того, чтобы выйти на прямые переговоры между украинским правительством и представителями ОРДЛО.

Это, по сути,  очень осторожные точечные шаги по деэскалации в треугольнике Украина-Россия-Европа. Наиболее большое значение имеют пункты 1 и 2 ( прекращения огня), пункты 6 и 7 (о механизме экономического восстановления Донбасса при участии РФ) , пункт 8 (определяет когда с России снимут санкции  в случае решения вопросов по Донбассу), пункт 12 (регулирует разрешение спорных вопросов в гуманитарной и исторической сферах в Украине при участии стран-соседей).

В Украине уже раздаются  голоса, что этот план  ничего не решит (такую мысль высказал, к примеру, экс-премьер Арсений Яценюк). Также против плана «12 шагов»  высказался МИД Украины. Но любой план, подготовленный где-то далеко за пределами Украины, без нашего участия не будет ни «про-украинским», ни «анти-украинским». Он будет учитывать интересы тех, кто за ним стоит. В данном случае, это просто сухой Realpolitik:  12 пунктов холодного, местами неприятного, с моральной точки зрения, расчета.

В плане есть пункт № 6  — экономическое восстановление Донбасса. В плане  предлагается положить начало такой  инициативе на глобальном уровне и организовать   международную донорскую конференцию.  Собранные средства могли бы оказать решающую помощь в восстановлении критической инфраструктуры, здравоохранения и системы образования  на Донбассе. Нужно упомянуть  и  заявление Владимира Зеленского о создании фонда мирового уровня для восстановления инфраструктуры Донбасса. И если Украина возвращает себе Донбасс, почти при любом раскладе, кроме военного, нужен фонд, потому что на чей счет будут идти деньги на восстановление  инфраструктуры Донбасса? Невозможно возвращать Донбасс без каких-либо  финансовых механизмов или компенсации со стороны России, которой, кстати, было бы выгодно вложить в это деньги один раз. Они тратят  от трех до пяти млрд долларов  в год на содержание  этих территорий.

Повторю, без такого фонда возвращать такие территории – это экономическая катастрофа. Поэтому конкретно этот пункт про фонд – это адекватный пункт, если мы говорим о сценарии реинтеграции Донбасса через мирные договоренности. Тут необходимы финансовые ресурсы, желательно, чтобы в это вкладывались международные игроки, поскольку так  подвязывается и их интерес в том, чтобы процесс был урегулирован, чтобы деньги пошли куда надо, чтобы были гарантии. Чем больше внешние игроки заинтересованы и задействованы в мирном урегулировании, тем выше шансы, что оно состоится.

Пункт № 12 один из наиболее спорных, он предполагает запуск «нового диалога о национальной идентичности» в Украине. Во время конференции возникли споры вокруг национальной идентичности, что, безусловно,  является внутренней политикой страны.

Но если государство ничего не может генерировать, то вместо него это будут делать другие. Соответственно, оно будет слабеть, и его позиция будет маргинализироваться. Это приводит к тому, что государству начинают навязывать вещи, в том числе и повестку дня внутренней политики. Это аксиома в международных отношениях. Если кто-то продвигает отдельно нарратив, нужно строить отдельный ряд и продвигать его, в таком случае получится конкуренция нарративов.

Также отмечу, что в Украине существует целая группа «ястребов», т.е. сторонников военного решения конфликта на Донбассе. Они являются активным меньшинством, которое всегда делает повестку, но это уже вопрос к государственному аппарату.  Если государство, его ветви власти  не в состоянии  решить эту проблему самостоятельно и меньшинство навязывает свое мнение большинству, значит, государство что-то делает не так. Но это наша внутренняя проблема, это не проблема кого-то извне. Я думаю, правительство проигрывает в медийном и информационном плане этому меньшинству из-за того, что у него нет четкой позиции, в отличие от меньшинства.

Для меня также не до конца понятны все аспекты:  как мы видим урегулирование и реинтеграцию Донбасса. Это два разных процесса и одно дело урегулировать, а другое – потом реинтегрировать. Реинтеграция – это более сложный процесс. Поэтому, если у нас нет своей позиции, то мы не сможем ни с кем соревноваться из-за отсутствия аргументов. Также мы не можем и ни с кем договориться, потому что нет предмета договора. Когда были переговоры в нормандском формате, я еще тогда говорил, что непонятно, зачем  туда едет украинская делегация, учитывая, что нет предмета договоров, кроме той чужой повестки, которую мы будем обсуждать. По факту, нам туда ехать было  не с чем, поскольку со своей стороны мы не предлагаем ничего нового.

Подчеркну, с моей точки зрения, конкретно наша внешняя политика не так зависима от США, хотя есть такое мнение. Проблема внешней политики Украины — это больше проблема кадров и проблема  ее несформулированности. Здесь Штаты не играют роли, здесь присутствует «хроническая болезнь», которая существовала на протяжении всех годов независимости страны. У нас не сформулированы национальные интересы. Об этом очень мало было серьезных дискуссий за все эти годы. Все действия проистекают в контексте сиюминутной тактики, но какая  тактика  может  быть, если никто толком не понимает, какие у нас стратегические интересы.  Именно поэтому мы и зависим от кого-то, и, в таком случае, мы заменяем государственные интересы – частными интересами политических групп, находящихся при власти. Либо мы подтягиваем навязанные нам интересы из-за границы: европейские, российские, американские, у которых при этом есть свои интересы. Опять же, это вопрос к нам, если есть силы, которые  манипулируют  нашей внешнеполитической повесткой – то  почему мы позволяем это делать. «Белые пятна» в нашей внешней политической стратегии  позволяют другим игрокам заходить и играть на нашей территории как им захочется.

При этом я бы не сказал, что Украина —  марионетки США. Просто у нас есть свои проблемы, недочеты, которые выливаются в то, что мы становимся зависимыми от чужих повесток. Но это все поправимо. Правящему классу Украины нужно, наконец, осознать, если мы хотим играть самостоятельно, то это от нас самих  зависит. Нужно организовать серьезные дискуссии по этому поводу с участием экспертно-академического сообщества, лидеров мнений. После этого уже можно будет выработать свои позиции по Донбассу, по Крыму, по внешней политике в принципе. Но под это нужно подтягивать стабильность, поскольку внешняя политика обслуживает экономические интересы, а экономические интересы невозможны без бизнеса, без предпринимателей.

При этом, если посмотреть на пункты «Мюнхенского плана» по безопасности, они все теоретически реализуемые, но вопрос в том, что план по безопасности не был реализован последние пять лет. Это произошло потому, что  не существует единства среди украинской общественности по этому поводу, а правительство никогда не могло скоммуницировать эти проблемы. Другая сторона – ОРДЛО, они  не всегда выполняли свои обязательства. Тут вопрос зависит от того, насколько будет желание, воля, готовность выполнять хотя бы первый пункт Минских договоренностей по перемирию. Если будет перемирие, можно дальше отводить вооружение от линии фронта, открывать КПП, восстанавливать разрушенное. Если нет перемирия, тогда дальше нет смысла об этом говорить.

Без выполнения пунктов по безопасности, говорить об экономике – преждевременно. Можно начать даже диалог по экономическим вопросам, но если и дальше будут стрелять, будет и дальше непонятная ситуация в этой «серой зане»,  то никакие экономические проекты, инвестиции не будут реализованы. Все зависит от первых пунктов по безопасности. У нас все договоренности провалены, потому что уже с первых пунктов ничего не реализовывается. Получается, мы не доходим до гуманитарного, экономического блоков, потому что их невозможно воплотить без реализации блока, касающегося безопасности.

Критикам плана замечу, что возмущаться тут нечем, ибо за годы  конфликта у нас не появилось ни национального консенсуса относительно урегулирования, ни видения этого самого урегулирования, ни полноценной внешней политики, ни стратегий реинтеграции Донбасса, деоккупации Крыма или усиления своих международных позиций.

Украине надо принять этот холодный душ, и начать выстраивать собственную позицию по Донбассу, Крыму, отношениям с Европой, США, Турцией и другими регионами мира. Иначе нас ждет ровно то, что было написано в этом «скандальном» Мюнхенском плане. Если своего нет, то появятся чужие. И вместо рефлексии и обвинений   надо предлагать свой реалистичный план.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here