Консервативная партия Великобритании  во главе с премьер-министром Борисом Джонсоном уверенно победила на досрочных выборах Палаты общин 12 декабря с.г.  Джонсон обещает незамедлительно вывести страну из Евросоюза. В целом наблюдатели согласны с тем, что в значительной степени эти выборы стали своего рода плебисцитом по вопросу членства Великобритании в Европейском союзе. Победа Бориса Джонсона на выборах определит политику Великобритании на годы вперед.

Это крупнейшая победа Консервативной партии с 1987 года, когда также с большим преимуществом победила Маргарет Тэтчер. По результатам официального подсчета результатов голосования в 605 из 650 округов на утро пятницы, 13 декабря, тори получат более 330 из 650 мест в Палате общин, то есть большинство, и способны править страной самостоятельно, без партнеров.

Консерваторы намерены немедленно ратифицировать соглашение о выходе Британии из Евросоюза, согласованное правительством Бориса Джонсона и Брюсселем, и 31 января 2020 года Британия формально покинет ЕС.  После этого начнется вторая фаза, а именно переговоры между Британией и ЕС о торговом соглашении. Ответ Евросоюза по сути такой: «Если вы хотите заключить сделку быстро, мы можем ее обеспечить, но на наших условиях». После этого можно будет обсудить, какую долю суверенитета и контроля реально вернет себе Великобритания, если Джонсону придется согласиться соблюдать европейские стандарты по экологии, трудовому законодательству и т.д. Евросоюз надеется, что Джонсон, заручившись большинством в парламенте, согласится , в результате, на «мягкий» брексит.

Мнения политэкспертов по поводу конкурентов Джонсона сходны. Главная оппозиционная сила, Лейбористская партия, терпит разгромное поражение: они потеряли по сравнению с предыдущим составом Палаты общин около сорока мандатов. Тори получили большинство во множестве бывших рабочих округов на севере и в центре страны, где избиратели традиционно голосовали за лейбористов, но на референдуме 2016 года в большинстве высказались за выход из Евросоюза. Либерально-демократическая партия надеялась набрать значительное число мест в парламенте, сделав ставку на общее неудовлетворение двумя лидерами крупнейших партий и на противников брексита.  Ее лидер Джо Суинсон заявила, что в случае их победы брексит будет остановлен. Однако либеральные демократы потеряли в итоге одно место в парламенте, завоевав лишь 11. Более того, Джо Суинсон проиграла в своем избирательном округе и уже не будет лидером партии.

«Поздравления Борису Джонсону с победой!»- написал в «Твиттере»  президент США Дональд Трамп, не скрывавший своей поддержки консерваторов. «Британии и Соединенным Штатам теперь ничто не помешает заключить крупную новую торговую сделку после брексита. Эта сделка имеет потенциал стать намного крупнее и выгоднее, чем любая сделка с ЕС»  — продолжил он.

Распад Великобритании уже вероятен, отмечают эксперты. Не только Шотландия будет искать независимости, а Северная Ирландия объединения с Ирландской республикой, и даже маленький Гибралтар теперь подумает об объединении с Испанией. Во всех этих областях большинство на референдуме 2015 года было за ЕС и, как видно, осталось за ЕС. Лидер Шотландской национальной партии и первый министр Шотландии Никола Стерджен уже заявила, что ее партия  запустит процедуру нового референдума по независимости Шотландии. Борис Джонсон, в свою очередь,  сказал, что такого референдума не допустит.

С точки зрения будущего Великобритании победа тори означает: a) окончательный выход из ЕС, b) сложные последствия для Британии от выхода, так как Джонсон и тори готовы «вырывать» Британию из Европы любой ценой, невзирая на негативные последствия, c) проблемы с Шотландией и Северной Ирландией, где выступающие против выхода из ЕС партии на этих выборах получили большинство мест. Это означает рост внутренней напряженности между Британией с одной стороны и Шотландией и Северной Ирландией с другой, так как Джонсон и его партия  как никогда настроены полностью игнорировать интересы шотландцев и северо-ирландцев: и те и другие проголосовали в 2016 году против брексита.

Илия Куса фотоО политических и экономических  последствиях  победы партии Бориса Джонсона,  как  для Британии, так и для ЕС  Фонду «Украинская политика» рассказал эксперт по вопросам международной политики  аналитического центра «Украинский институт будущего» Илия Куса.

Брексит не был единственной  проблемой, которая была в повестке выборов, но это та  проблема, которая  волновала  всех избирателей Британии. Если говорить о Консервативной партии, то ее позиция во время выборов сводилась к очень простой фразе: «Давайте закончим, наконец, брексит». На самом деле во время выборов глубоких идей у Бориса Джонсона и его команды не было. Их предвыборная кампания сводилась к одной фразе – и это один из факторов успеха их партии. Людям это было понятно, да и все просто устали от брексита. Стоит отметить, что под выражением «закончим брексит» имелось в виду, что 31 января 2020 года Британия выходит из ЕС, никаких отсрочек больше не будет. Далее начинается экономический переходный период. Он должен продлиться до конца 2020 года, но его можно продлевать. Этот период нужен для того, чтобы Британия успела согласовать дальнейшие условия и особенности отношений с ЕС, особенно тех пунктов, которые касаются торговли, пошлины, экономических связей после Брексита. Но у Джонсона и его партии позиция такая, что никаких продлеваний этого периода они не хотят. Если даже до конца года они не успеют согласовать новый торговый договор с ЕС, то это не важно для партии консерваторов. Это то, что называют «жестким брекситом», когда Британия все равно выйдет из ЕС несмотря ни на что, и она не будет смотреть на все эти вопросы, которые для нее являются не существенными.

Что касается лейбористов, то их позиция является более сложной, что и привело их к поражению, поскольку их позиция не понравилась избирателям, да и никто не захотел в нее вникать. Лейбористы предлагали «мягкий брексит» – это выход Британии из ЕС 31 января 2020 года, но если они не успевали это сделать, то получили бы еще одну отсрочку. Предполагался выход из состава ЕС с сохранением связей с Евросоюзом, путем сохранения Британии в Таможенном союзе ЕС. После этого они также предлагали провести второй референдум  о выходе из Евросоюза. Плюс к этому, перед выборами они озвучили много обещаний социально-экономического характера: выплаты студентам, бесплатное образование, много вливаний госсредств в медицину. Некоторые из предложенных инициатив были достаточно неплохими, особенно в сфере образования и здравоохранения. Но иногда доходило и до абсурда, когда Джереми Корбин обещал превратить все загородные резиденции в кризисные центры для бездомных и малоимущих. У лейбористов в отличие от консерваторов обещания были сложнее касательно молодежи и пенсионеров, и они оказались слишком сложными для понимания людей. Все эти отсрочки, какие-то переговоры с ЕС относительно изменений условий выхода, разговоры про второй референдум и отношения с ЕС – не воспринялись аудиторией. Им больше понравились обещания консерваторов.

Необходимо отметить, что Шотландия и Северная Ирландия являются ярыми противниками брексита и на этих выборах просто разыгрывали карту – либо они, либо Джонсон и брексит. Все было озвучено в достаточно резких формах, за счет этого на выборах они и получили достаточно много мест. Что касается шотландцев, они выиграли практически все округа и получили 48 мест. В 2016 году на референдуме Шотландия проголосовала почти 80% голосами против выхода из ЕС,  в Северной Ирландии большинство населения проголосовало против брексита. Поскольку теперь националисты – противники брексита, будут доминировать в этих регионах, то призывы Шотландии к второму референдуму независимости, а Северной Ирландии – воссоединение со всей Ирландией – будут звучать громко. Я думаю, это не произойдет в ближайшие 2-3 года, а будет возможно только в следующие несколько лет,  при условии, если политическая ситуация Британии будет ухудшаться.

Результаты выборов зафиксировали, что отношения между центром и регионами будут плохими и со временем они только ухудшатся. Джонсон не смог найти подход к националистически настроенным избирателям в Шотландии и Северной Ирландии. И теперь, когда националисты получили больше мест, чем их противники в регионах – те же консерваторы, а в Северной Ирландии – Юнионисты, – являются сторонниками брексита и Джонсона. Теперь Борис Джонсон будет с ними или считаться, или идти на конфронтацию, которая может угрожать разными негативными последствиями, вплоть до, как в случае Шотландии – отделения, если там возрастет количество сторонников независимости. А выборы показали, что сейчас именно это и происходит. В случае с Северной Ирландии – там может быть разморожен вооруженный конфликт с Ирландией, поскольку так до сих пор не был решен вопрос границы между Северной Ирландией и Ирландией. Этот вопрос не был урегулирован и в сделке, которую Джонсон предлагает утвердить на этой неделе. Шотландия и Северная Ирландия будут «разгонять» националистическую карту, и они будут выступать против брексита.

Стоит подчеркнуть, что Либерально-демократическая партия Великобритании – самая интересная  партия на этих выборах. На фоне партийного кризиса внутри Консервативной и Лейбористской партии, когда там воевали разные фракции, либерал-демократы на некоторое время очень ярко засветились как третья сила. В нее из своих партий начали перебегать консерваторы и лейбористы. Осенью либерал-демократы могли занять нишу умеренных центристских сил, поскольку они не совсем «правые» как консерваторы, но и не как лейбористы, которые не совсем знают, что они хотят. Если бы либерал-демократы выработали четкую свою позицию до этих выборов, я думаю, у них был бы шанс стать второй крупнейшей партией на выборах.

Но эти выборы показали совсем другой результат. Либерал-демократов ожидал полный разгром. Это была очень яркая история о том, как  ошибками можно уничтожить свой рейтинг. При этом, здесь большую роль сыграла личность лидера либерал-демократов, которой является Джоанн Кейт Суинсон. В конце лета они объединились с лейбористами, шотландцами, «зелеными» и партией Уэльса против Бориса Джонсона. Если бы этот альянс остался на плаву до выборов, он мог бы победить консерваторов. Но Джо Суинсон не захотела по какой-то причине делиться властью или возможными перспективами. Она рассорилась сначала с Джереми Корбином, потом с Николой Стерджен – лидером Шотландской национальной партии. Позже Джереми Корбин и Никола Стерджен поссорились между собой  и коалиция распалась. Либерально-демократическая партия на выборы шла уже не вместе с Лейбористской партией, поскольку они мешали друг другу. Они были уверены в том, что их кандидат лучше всех, и они отказывались убирать своих кандидатов примерно в 20 пограничных округах, где разрыв между консерваторами и лейбористами был 500-800 голосов. Если бы либерал-демократы убрали своего кандидата, то эти голоса перешли лейбористам, и они бы победили. Во многих округах лейбористы проиграли, потому что им мешал еще один кандидат от либерал-демократов, который размывал этот оппозиционный электорат.

Можно сделать вывод, что персональные конфликты, жажда власти, абсолютная переоценка своих возможностей и уверенность в том, что они сами могут всех победить привела к тому, что они получили очень плохой результат – всего 11 мест и даже Джо Суинсон проиграла в своем родном округе. У Либерально-демократической партии была самая ужасная кампания,  и они сами помешали всем на выборах. Либерал-демократы – один из факторов, почему оппозиция проиграла эти выборы.

Если говорить о том, какую позицию займет Великобритания, то нужно посмотреть на то, что произойдет после 31 января 2020 года, ведь все будет зависеть от действия властей. С одной стороны, можно использовать брексит, поскольку выход Британии из ЕС немного расшевелил элиты и население. Сейчас брексит заставляет Британию искать собственную экономическую нишу, пытаться находить альтернативных торговых партнеров. Уже не будет так, как раньше, когда они получали 6 млрд евро от ЕС, при этом сами вносили 10 млрд евро, но это была взаимная выгода, и особых проблем у Британии не было. Перемены подстегивают внутреннее развитие страны.

Другой вопрос, если этим воспользоваться неадекватно. После Брексита у Британии возникнет необходимость срочно подписывать новые торговые соглашения с крупными игроками, которые компенсировали бы им потери от Брексита. Например, под торговым соглашением с США, судя по тем документам, которые во время выборов были «слиты» в СМИ, у Британии не очень хорошие перспективы, поскольку они сделали очень много уступок. Например, Британия отдает почти всю свою систему здравоохранения, которая является государственной, бесплатной – на приватизацию американским корпорациям. И это большой минус, потому что в стратегической перспективе Британия проиграет. Британия делает уступки другим крупным игрокам за счет того, что они экономически и финансово ослабли из-за брексита.

В следующие несколько лет в любом случае Британию ждет не спад, но это будет «шок» от брексита, наступят сложные времена – пока все перестроится, пока все привыкнут к тому, что Британия не член ЕС, а третья сторона. Если к этому всему прибавится еще и некая политическая нестабильность, вероятно, возникнут проблемы с регионами, особенно могут быть большие проблемы с Северной Ирландией, и это повлияет на стабильность Британии. Я не могу однозначно сказать, что будет, ведь существует очень много рисков, но также есть и возможности. Все будет зависеть от того, как Борис Джонсон будет себя вести в следующие пять лет.

Нужно также подчеркнуть, что лейбористы первые обратили внимание на проблемы после брексита и это еще одна из причин их поражения. Лейбористы проиграли, поскольку их электорат оказался разделенным, в отличие от консервативного – монолитного. Электорат лейбористов разделился на две большие группы. Одна – это провинциальные и промышленные районы, особенно на Севере Англии, которые были лейбористскими, но они проголосовали за брексит, поскольку их беспокоили вопросы миграции, беженцев. Вторая группа – на Юге и Юго-Востоке, Юго-Западе Англии – это урбанистические районы, к которым относится и Лондон, где живет молодежь, городское население, которое в свое время голосовало за лейбористов, но были против брексита. Получается, что у лейбористов во время выборов была дилемма – каким образом получить голоса всех. У них же была проблема с определением своей позиции по брекситу. Если лейбористы поддерживают брексит, то сохранят свой электорат на Севере Англии, но, в таком случае, они бьют по своему электорату на Юге Англии. Если они выступают против брексита, получая голоса городов, то провинции и промышленные районы уходят к консерваторам и ультраправым, как и произошло. Именно из-за того, что электорат был разделен, они не нашли другого способа, как на них повлиять, кроме как сместить фокус внимания с брексита на его последствия. Из-за возможных последствий лейбористы представляли очень много инициатив, и это дало бы положительный результат. У них был план того, что делать, если Британия выходит из ЕС. У консерваторов такой план не был озвучен.

Что касается Шотландии, то я не представляю, как она будут жить отдельно. В принципе, у них хватает внутренних ресурсов. Но я не думаю, что дойдет до полной независимости Шотландии. Возможно, они потребуют уступок,  расширения автономии и финансовых вливаний. Но до независимости может дойти, если будет зашкаливать количество сторонников, поскольку пока что расстановка сил 50/50. Также может дело дойти до независимости, если отношения будут напряженными. И это все же может произойти, поскольку у Борису Джонсону в Шотландии относятся очень плохо  даже шотландские консерваторы.

Стоит отметить, что выборы не завершились чем-то неожиданным. Начиная с сентября вся социология показывала одно и то же: первое место займут консерваторы, потом лейбористы и все остальные.

Но все же сюрпризом стали несколько моментов, которые связаны не столько с выборами, сколько с будущим Британии. Первый момент – мы наблюдаем поддержу левых идей лейбористов. Они впервые за послевоенное время потеряли поддержку северных промышленных районов в Англии. Получается, что люди с Севера Англии мигрируют в большие города на Юг, и они больше не ассоциируют себя с коллективным сознанием, с общим коллективом, поскольку поменялась демография и поколение, а у лейбористов меняется электоральная география.

Второй момент – это триумф консерваторов. Этот момент очень печальный, поскольку подчеркивает общую мировую тенденцию о том, что нет запроса общества на центристские системные силы, а есть запрос на ярких персонажей.

Победа Бориса Джонсона – не особо отличается от победы Владимира Зеленского на выборах президента Украины. Схема остается той же – яркий медийный персонаж, почти что шоумен, победил серого классического чиновника – Джереми Корбина, который, например, не умеет танцевать на камеру, а если и танцует, то это выглядит крайне глупо – как это было с Петром Порошенко. Эти люди совершенно разного класса, совершенно разных категорий. Победа Джонсона на выборах продемонстрировала фундаментальный сдвиг в электоральных предпочтениях многих людей, а Британия – это особенный пример, поскольку это политическая система, которой много сотен лет.

Выборы показали, что неважно, сколько было скандалов, что можно обманывать Королеву Великобритании, как это сделал в сентябре Борис Джонсон, могут возникать вокруг персоны скандалы сексуального и финансового характера, однопартийцы могут говорить разные вульгарные вещи, например, когда Джейкоб Рис-Могг – член Консервативной партии, лидер палаты общин и лорд-председатель Совета в Парламенте сказал, что он умнее тех, кто погиб во время пожара в лондонской высотке Гренфелл-Тауэр. Было очень много скандалов вокруг Консервативной партии, они использовали очень много «грязных» технологий, например, заводили фейковые аккаунты на Корбина и лейбористов, а во время интервью Джонсон демонстративно и презрительно отмахивался от всех журналистов.

По сути, выборы подтвердили, электорат мыслит простыми, примитивными месседжами, которые до него доходят,  если он будет их понимать. Стоит еще добавить, что следующие пять лет Британией будут руководить правые политические силы, а это не только Консервативная партия Бориса Джонсона, но еще и партия «Brexit» Найджела Фараджа, которая не прошла в Парламент. Стоит также напомнить, они не прошли, поскольку заключили сделку с Джонсоном, благодаря которой, в некотором смысле, Джонсон и победил на выборах. Они просто сняли практически всех своих кандидатов на округах в пользу консерваторов. Мы не знаем подробностей всех договоренностей между ними, но точно одно из обещаний, которое Джонсон дал Фараджу в обмен на поддержку на выборах – это то, что экономический переходный период Брексита не будет продлен дальше 2020 года. Я думаю, там много обещаний подобного характера, которые будут означать «жесткий» брексит. Поэтому следующие пять лет у руля Британии будут в основном правые консервативные политические силы, которые в следующем году столкнутся с очередным политическим кризисом из-за брексита и переговоров с ЕС. Также они, возможно,  будут думать, как проводить экономическую политику в новом формате, как увеличить  государственные расходы,  которые обещал Джонсон, или это будет пять лет жесткого неолиберализма.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here