21-й саммит Украина- ЕС  состоялся  8 июля, в Киеве. В рамках мероприятия президент Владимир Зеленский, президент Европейского Совета Дональд Туск и президент Европейской комиссии Жан-Клод Юнкер провели встречу. 

Президент отметил, что Украина готовится  к полноценному запуску Высшего антикоррупционного суда. Он подчеркнул, что нужно перезагрузить всю антикоррупционную систему, в том числе работу НАПК. Президент выразил уверенность, что новый состав украинского парламента полностью развяжет руки для преодоления коррупции в Украине.

Президент Зеленский предложил партнерам из Евросоюза провести совместную оценку Соглашения об ассоциации Украины с ЕС, чтобы выйти на новый уровень, который будет отвечать интересам украинского и европейского бизнеса и наших потребителей. На саммите было подписано пять документов о сотрудничестве между Киевом и Брюсселем. Президент поблагодарил партнеров за готовность к предоставлению второго транша макрофинансовой помощи Украине в размере 500 миллионов евро.

Что нового услышали эксперты на 21 саммите Украина-ЕС?  Для Фонда «Украинская политика» эту тему комментируют политолог, кандидат политических наук Алексей Якубин,  политолог-международник, эксперт Украинского института будущего Илия Куса и экономический эксперт Виктор Скаршевский. 

якубин фотоПо мнению Алексея Якубина, если говорить о саммите Украина-ЕС,  он является своеобразной лебединой песней для большинства уходящих европейских функционеров. Это касается Туска и Юнкера, для которых этот саммит – некое завершение карьеры на должностях европейских организаций. Для нашего нового президента этот саммит — показатель того, что слова Порошенко о том, что с его  уходом «прерывается» связь с ЕС, это все  мифы. По словам политолога, Зеленский пытался максимально это использовать для самопиара (выборы!), показав, что он ориентирован на европейские структуры, и курс остается неизменным.  

Также эксперт акцентировал, что глобальные вопросы  на саммите  не озвучивались. Европейские функционеры, несмотря на то, что в ЕС есть преемственность политики, также есть понимание, что будущий новый  Европарламент, новое руководство ЕС будет с Украиной выстраивать свои параметры  политики и в контексте этого саммита  данный нюанс тоже ощущался. «Если говорить о договоренностях «плюс-плюс», не исключаю, что у Зеленского есть желание переориентировать политику Украины с Вашингтона на Европу. Наверное, поэтому со стороны команды Зеленского прозвучал тезис о том, что возможно надо отменять мораторий на вывоз древесины – леса-кругляка. Мы помним, что еще до выборов часть политиков говорили, что это в ЕС требуют, но Киев, тем не менее, обходил этот вопрос, т.е. в стране мораторий действовал. Не исключаю, что европейские лоббисты прорабатывают этот вопрос и пытаются, чтобы новая команда президента пересмотрела эту проблему. Возможно, в команде Зеленского думают, что с новым руководством ЕС можно было бы наладить в этом плане некие взаимоотношения. По поводу кредита – 500 млн. евро. Это хорошо, но это  все равно кредит и там есть условия. Киеву нужно вернуть к жизни статью о незаконном обогащении, а это можно сделать только при наличии нового парламента. Туда же привязывается ситуация с лесом-кругляком», – подчеркнул он.

К сожалению, добавил эксперт, не было заявлений, что Украина хотела бы приступить к пересмотру торговых квот, хотя у Киева будет такая возможность с 2020 года. Он напомнил, что договор об ассоциации, о зоне свободной торговли позволяет Украине с 2020 года начинать раунды переговоров о размерах квот. Многие из этих квот, уверен эксперт, просто мизерные, по сравнению с тем, что Украина могла бы ввозить в ЕС, в том числе, товары аграрной промышленности, и Киев должен был бы артикулировать эти вопросы постоянно. 

Алексей Якубин отметил, что по поводу газового контракта на саммите звучали разные месседжи, а со стороны Зеленского прозвучала очень оптимистическая фраза о том, что в сентябре будет договоренность, но пока это открытый вопрос. «Возможно, кулуарно что-то там прорабатывается, но публично «Нафтогаз» не ведет каких-то переговоров. Не стоит забывать, что для того, чтобы такой контракт, даже по европейским нормативам, начал работать, нужно его подписать минимум за полгода до окончания прошлого контракта. Мы временную рамку почти потеряли», – сказал политолог.

Еще один нюанс, отметил эксперт, это скандал, связанный в треугольнике Климпуш-Цинцадзе – Гройсман – Зеленский. Он уверен, что внутри правительства происходит борьба, и Гройсман пытается заключить альянс с Зеленским. «Ситуация с Климпуш-Цинцадзе была инициирована, скорее всего, Кабинетом министров Украины, но не без сигналов со стороны президента Владимира Зеленского. Когда он совершал поездку  в ЕС  его сопровождала в том числе Климпуш-Цинцадзе. Она —  одна из членов списка «Европейской солидарности» и, возможно, будущая депутат, если «Европейская солидарность» пройдет. Тут возникла ситуация, что конкурирующая партия Порошенко стремится получать какие-то дивиденды на саммите.  Я так понимаю, что эта вся ситуация связана с тем, что Климпуш-Цинцадзе не пропустили на саммит», – предположил он.

Также Алексей Якубин добавил, что заявление Зеленского о «неотъемлемой части Европы, которой вскоре станет Украина», это выдавать желаемое за действительное.  По факту, команде Зеленского надо будет заново договариваться уже с новой командой в ЕС, с более фрагментированным европейским парламентом налаживать контакты. Это будет уже сложнее, потому что следующая команда в ЕС будет занята внутренними проблемами. Ключевая перспектива:  с 2020 года настаивать и поднимать возможность об увеличение квот и очень многое будет зависеть от жесткой позиции Киева. Европейцы много говорят о ценностях, и борются за каждое рабочее место. В Европе в отдельных странах есть некие признаки экономического спада. Перспектива состоит в том, что следующий раунд переговоров должен быть намного прагматичнее, с упором на интересы Украины», –  подчеркнул эксперт.

В Украине, по словам политолога, формально получат возможность теперь пересматривать квоты, что дает колоссальную возможность бороться за возможность для украинских граждан, и ключевой вопрос    сможет ли Киев воспользоваться этим. «А подписанные соглашения, антикоррупционная инициатива – это стандартные вещи, которые происходят после каждого саммита. Европейцы стандартно требуют от Украины смены части законодательства, стандартно звучат фразы, что ЕС готов предоставить некую помощь для поддержки части реформ», – резюмировал Алексей Якубин.

Илия Куса фотоИлия Куса уверен, что саммит сам по себе не должен был быть чем-то экстраординарным или выбивающимся из обычной повестки. Повестка всегда включала в себя: санкционную политику ЕС – оставлять или не оставлять санкции; вопрос Донбасса – что делать и как делать, какие планы есть и предложения со стороны Украины,  со стороны ЕС или  Нормандской четверки; реформы, выполнение Соглашения об ассоциации – на сколько процентов выполнили/не выполнили. Такие формулировки присутствовали и в прошлогодней декларации саммита. Позиция Европейского союза в отношении России, несмотря на ее возвращение в ПАСЕ, остается неизменной: санкционные пакеты («крымский»  и «секторальный», против конкретных отраслей экономики РФ) продлены еще на год. Социально-экономическую ситуацию в Украине,  которая интересует многих европейцев, особенно инвесторов, которых привлекает  этот рынок. По его словам, это такой стандартный пакет, который всегда обсуждается, также актуально восточное партнерство, сотрудничество с ЕС в общем политическом плане. 

«Но это традиционное европейское «меню»  на этот раз не сработало. Более того, в некоторых вопросах наблюдалась некая незаинтересованность. Причина проста: и в ЕС, и в Украине проходит переход власти.  В ЕС сейчас новые европейские лидеры готовятся зайти в Еврокомиссию, Европарламент,  в Украине готовятся к парламентским выборам и пока непонятно, каким будет правительство и парламент. Думаю, что саммит ничего не мог существенного  привнести  в повестку дня по той причине, что стороны к этому не готовы. Они находятся в состоянии, когда не могут принимать каких-то судьбоносных решений, поскольку представители руководства ЕС и Украины представлены на саммите в виде уходящих фигур, за исключением Администрации президента Украины. Поэтому, естественно, что уходящие фигуры не могли брать на себя никаких обязательств, принимать решения или договориться о чем-то, поскольку они склонны передать дела и все», – заявил эксперт.

По его словам, представители ЕС во время саммита подвели какую-ту черту под пятью годами, приняли пять соглашений с Кабмином, подвели итог и распрощались. Он предположил, что следующий саммит будет более продуктивным, когда и в Украине полноценная власть будет сформирована, и в ЕС поменяется руководство, соответственно,  будет понятно к тому времени, какой стратегический курс они выберут.  Когда придут новые лидеры, им надо еще полгода, чтобы разобраться какие реформы проводить в ЕС, а от них зависит, какую форму будет иметь ЕС в ближайшем будущем, что, безусловно,  влияет  на украинскую политику евроинтеграции. 

Также Илия Куса напомнил, что заканчивается договор транзита газа, но во время встреч никаких  обсуждений этой темы не было. «Владимир Зеленский сказал, что к осени, возможно, мы договоримся. Мне кажется, здесь будет решаться все не на саммите, а в Нормандском формате или на переговорах Россия – Германия – Украина, или просто Россия – Украина. Или «Нефтегаз» и «Газпром» разрешат эту проблему, как всегда это было», – подытожил эксперт-международник.

Виктор Скаршевский  напомнил, что по итогам прошедшего в Киеве саммита Украина-ЕС стороны подписали пять межправительственных документов: европейские партнеры готовы предоставить Украине помощь в размере 500 миллионов евро. «Но тут необходимо понимать, что  500 млн. евро – это кредит, второй транш так называемой макрофинансовой помощи. «Так называемый» – потому что это не «помощь», а кредит, где есть определенные условия, в результате которых будет предоставлен второй транш. Первый транш в размере 500 млн. евро был предоставлен в декабре 2018 года, когда еще действовало в Украине военное положение. ЕС проинформировал, что они готовы Украине  предоставить  кредит сразу после выполнения предусмотренных условий», – рассказал он.

Первое условие, без которого не будет этого кредитного транша, отметил эксперт, – обязательное  сотрудничества с МВФ. Так как процедура выделения кредита  затянулось, то переговоры возможны только после выборов, формирования коалиции и правительства. Лишь в октябре будет понятно, когда произойдет  соглашение с МВФ, выполняется ли все написанное в этом соглашении по макрофинансовой помощи с ЕС. Тогда,  ближе к концу года, возможно, этот транш будет. Экономист напомнил, что также речь шла об отмены  моратория на лес-кругляк – как об условии.  Он также напомнил, что по предыдущим программам между Украиной и ЕС, Украина не получила последний транш в сумме 600 млн. евро. 

 «Фундаментально, к чему все привязано – это сотрудничество с МВФ, электронные декларации и коррупция. 500 млн. евро – это кредит, который дается на 15 лет. Процент кредитной ставки не больше 2% годовых, но и его нужно возвращать. На самом деле, данный кредит идет не на реформы, а на финансирование дефицита бюджета, т.е. на финансирование расходной части, другими словами – на «проедание», – отметил Виктор Скаршевский.

На саммите было подписано пять соглашений с Кабмином и выделено 44 млн. на внедрение Соглашений об ассоциации, что является праздником для грантоедов, поскольку это не кредитные средства. Все пять  программ – это грантовые деньги. Деньги предоставляются якобы Украине, но сразу уходят на выплаты зарплат, гонораров, причем  большая часть идет на финансирование европейских специалистов.

Экономист акцентировал, во время саммита не было важных  для Украины переговоров по квотам. Что касается квот, то они остались пока такими же, европейский список квот для Украины включает порядка 40 позиций. Свой список квот имеется и у украинской стороны, но он состоит лишь из трех пунктов. Украина же импортирует из ЕС большое  количество наименований продуктов,  которые в значительных количествах производятся в Украине.

 «Пересмотреть квоты можно, но изначально нельзя было соглашаться на такие условия. Это все было в закрытом режиме и без консультаций с бизнесом.  Можно предложить пересмотр квот, но нужно, чтобы и ЕС согласился. Теоретическая возможность появится, но я не думаю, что ЕС будет сдавать свои позиции в угоду украинских производителей без учета интересов собственных. Мы это видим на примере, как они грамотно борются за отмену моратория на лес-кругляк», – отметил он. 

Эксперт также подчеркнул, что ни в одном документе между Украиной и ЕС или документах ЕС, Еврокомиссии – нет даже строчки о том, что Украина станет членом ЕС. Даже наоборот,  написано, что Украина не имеет права претендовать на членство в ЕС. Когда отечественные политики  говорят, что мы «интегрируемся»  в ЕС, отметил он, – это миф, нет перспектив на членство в ЕС, и ЕС Украину в своем составе, даже гипотетически,  не видит. 

Если нам предоставят эти пять  программ, отметил экономист, – это 127 млн. евро и не на год, а несколько лет, при этом Украина, из-за европейской политики, которая действует в своих интересах, будет терять 1-1.5 млрд. долларов в год, и в конечном итоге Украина будет в проигрыше. А по зоне свободной торговли, подписанной с Украиной, добавил он, Украина практически ничего не получила, а потеряла намного больше. «Те три млрд. экспорта в ЕС, в сравнении с 2017 годом, когда было 17млрд., а сейчас 20 млрд., но не за счет экспорта продукции тяжелого машиностроения, товаров с высокой добавленной стоимостью, продуктов питания, а за счет повышения цены на металл, руду и зерно. Мы туда экспортируем кукурузу, подсолнечное масло и другие зерновые. А в странах СНГ (без экспорта в страны СНГ, прежде всего, в Россию) мы потеряли около 13 млрд. долларов по сравнению с 2013 годом. В другие страны мира: Азия, Африка, Америка – мы тоже сократили экспорт – минус 4.5 млрд. долларов. ЗСТ Украине практически ничего не дала. Логически должно было привести к тому, что инвестиции в Украину придут:  будет строительство заводов, логистика у нас неплохая, дешевая рабочая сила, но этого тоже не произошло. К примеру, Фольксваген отказались строить новый завод ŠKODA и инвестировать в Украину 1.5 млрд. евро,  поэтому у нас не будет создано пять  тысяч рабочих мест. А так, подписать договора по поводу очередного гранта и «распилить»  их, потом  сказать, что нам предоставят кредит, если мы выполним все условия, которые на самом деле невыгодны Украине —  это и есть сегодня государственная позиция», – подытожил Виктор Скаршевский.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here