Фонд «Украинская политика» продолжает публикации на тему

« Фальсификации, подкуп, админресурс на выборах: тренды 2019 года Украины»

На эту тему, команда Фонда «Украинская политика» пообщалась с политтехнологом Украинского института анализа и менеджмента политики, руководителем ОО «Всеукраинский оперативный избирательный комитет» Александром Теплюком.

Александр, и политологи, и политтехнологи в один голос утверждают, что в избирательных кампаниях 2019 года будут активно присутствовать фальсификации.  Какие инструменты, помимо скупки голосов, будут использовать провластные структуры на выборах президента?

А.Т. — Я хотел бы начать с того — о чем думает голодный человек?  Он думает о том, как поесть и прокормить свою семью и уж точно не о политике.  Кем проще манипулировать? Явно голодным человеком.

Для нашей власти эти выборы пройдут, безусловно, с фальсификациями, потому что победить с их рейтингами абсолютно невозможно. Использовать они будут целый перечень фальсификаций, так как одна в их случае — бесполезна. Несмотря на новые манипуляции, внедряемых в избирательный процесс, проблема фальсификации на подсчете голосов не теряет свою актуальность. С уверенностью можно предположить, что и предстоящие, как президентские, так и парламентские выборы не станут исключением.

Сейчас уже запустили «ходунков» от имени Порошенко.  С одной стороны, это агитационная кампания.  С другой стороны, там включаются механизмы сбора данных, которые в дальнейшем будут использоваться для манипуляции с результатами голосования —  информации о тех, кого можно купить, кто умер, кто уехал на заработки. Так как полноценный доступ к реестру избирателей на сегодня у власти, то и «мяч» в манипуляциях со списками на их стороне.

Также вызывает вопрос количество избирателей, которое с 2014 года почти не изменилось, хотя люди массово покидают страну, есть территории не подконтрольные и так далее. Все это говорит о том, что нас во время голосования ждут «сюрпризы».

— Для осуществления любых фальсификаций на выборах необходим определенный перечень обязательных условий. Т.е. для «рисования результата» на выборах необходимы не только деньги, но и технические кандидаты, определенная степень влияния на местные администрации… 

А.Т. – Первое — это комиссии, а у Порошенко, возможно на этих выборах, будет от 7 до 10 технических кандидатов, которые будут бороться как минимум за своих членов. Если они возьмут под контроль ДВК, то возможности для фальсификации возрастают в разы. Плюс многие технологии невозможные без своих людей в комиссиях, потому это лакомый кусок.

У нас, кстати, неплохо работает админресурс,  с помощью социальные работников, почтальонов и других представителей власти агитируют за «правильного» кандидата. 2010 год нам показал в полной мере как админресурс может повлиять на результат голосования, когда протоколы переписывали на коленях, подгоняя под нужные цифры спущенные сверху.

Могу с уверенностью утверждать, что команда администрации президента готовит нам много интересного на этих выборах. Они понимают, что им не победить, если они не сделают «что-то», да и явка разными способами занижается, чтобы создать для себя «окно возможностей».

Какая роль отведена правоохранительным органам? Можно уже говорить о какой-то определенной позиции руководства МВД?

А.Т. — Глава МВД Арсен Аваков еще в конце января заявил, что создана оперативная группа, которая будет заниматься мониторингом…  будет реагировать…  на заявления граждан и общественных организаций…  На деле же в стране расплодилось неимоверное количество частных феодальных армий и всевозможных парамилитарных формирований. Сегодня полицейские начальники привязаны к местным феодалам,  и они гораздо ближе к ним, чем Аваков, который находится за сотни километров. Но из бесед с полицейскими моих коллег получается, что  никто не хочет лезть в политику. Все понимают, что они могут оказаться заложниками, крайними в ситуации. Думаю, все эти заявления Авакова в большей степени останутся только заявлениями.

— Помимо подкупа, какие еще есть методы фальсификации выборов? Отличаются ли фальсификации в Центре от регионов, в городах-миллионников от райцентров?

Подкуп за формой реализации можно еще разделить на региональный и городской. Разница реализации состоит в том, что в регионах процесс фальсификации подконтролен местным «элитам», а значит за их ведома и под их контролем. В городе это самостоятельно сформированные и организованные структуры, например общественные организации. При этом эффективность (КПД) региональных систем намного выше чем городской, ну и зачастую дешевле. Потому власть ищет авторитетных людей в регионах  и активно склоняет их на свою сторону.

На самом деле методов фальсификации выборов много, все зависит от «фантазии» избирательных штабов. Тем более очень много доступной литературы и информации по разным методам, главное не ленится и учится.

Например, «вбрасывание» заранее подготовленных бюллетеней, что можно делать как при содействии членов комиссий, так и на свой риск. Как по мне, малоэффективный и очень заметный. «Выездная урна», тоже не столь интересен, так как количество голосующих дома маленькое, да и едут всегда представители разных полит сил для общего контроля.

Само собой, в подконтрольных комиссиях, практикуется «дорисовка» голосов, результат голосования на таких участках зависит от наглости самих членов комиссий. Ну, и конечно, голосование на работе или по месту временного пребывания: военная служба, тюрьма, вахта. Здесь выбор происходит под явным давлением руководства, которое  озвучивает  «нужного» кандидата.

— Каковы самые «ходовые» технологии фальсификаций, которые используются, как  на этих выборах, так и  использовались  в прошлых кампаниях?

А.Т. — Ну, у нас, наверное, с 2004 года работают почти одни и те ж схемы, только под разными «соусами»: подкуп, карусели, вбросы, косынка, порча и так далее. Большинство штабов даже не задумываются над чем-то новым,  так как старая схема еще рабочая, плюс математически она уже понятная.

Карусель очень легка по своему выполнению, главное получить первый бюллетень на руки контролирующему (кто-то вынесет из голосующих, есть своя заготовка или кто- то из избирательной комиссии передаст) и процесс пошел. Первый вынесенный бюллетень запускает весь механизм: второму избирателю-взяточнику дают определенное количество денег за то, что он вбросит уже заполненный бюллетень в урну (отметку напротив фамилии нужного кандидата ставит организатор фальсификации), а свой пустой снова отдаст правонарушителям.

Более совершенный сценарий, который активно применялся в кампаниях  с 2012 года – это «косынка». Тут главное собрать заранее информацию о том кто будет голосовать, а кто нет. Его эффективность зависит от подготовленности кадров, членов комиссии и тех, кто будет «правильно» голосовать. Успешен он в умелых «руках» с пониманием того что делать. Например, есть 2000 избирателей на участке, реально придет голосовать 60%, соответственно, есть маржа с неголосующими  и есть возможность для фальсификаций, а точнее до 40%. Сколько процентов, и где, на каком участке – просчитывается заранее, чтобы не «бросалось в глаза».

Подкуп – это наиболее часто используемый способ, но он не всегда эффективный. Часто штабы для его реализации покупают старые «сетки», которые как минимум могут уже пару раз быть перепроданными другим кандидатам. В результате мы можем получить 30% проголосовавших от купленных. Лучше всего использовать свою личную сетку и желательно сформированную под эти выборы. Контроль за кого проголосует избиратель тоже сомнителен при подкупе, некоторые практикуют фото бюллетеня, хотя и это не есть гарантия. Для подкупа зачастую подбирают женщин и желательно старшего возраста, так как они более ответственные в своих обязательствах…

Есть еще «порча». Смысл этой технологии заключается в том, чтобы испортить максимальное количество бюллетеней конкурента. Метод слабо работающий и очень редко использующийся.

Этот список можно продолжать до бесконечности, ведь сколько штабов, столько и вариаций, и форм выполнения этих схем, тем более система наказания у нас не работает.

Хочу напомнить избирателям, что, несмотря на наказания, прописанные в УК за фальсификации, реальный судебных решений у нас единицы. Насколько я помню, вообще одно, по результатам выборов 2014 года.

И изменить что-то в сложившейся ситуации, можно только под давлением международных «партнеров», которые добровольно-принудительно могут заставить нашу власть пойти на некие уступки.

Мое личное мнение, для того что бы существенно сократить возможности фальсификации, надо как минимум максимально автоматизировать процесс голосования.

Использование автоматических урн, что в онлайн режиме считывают информацию с бюллетеня и отправляют ее в систему, где мы все можем видеть и контролировать онлайн. Плюс авторизация человека, который голосует, может быть по отпечатку пальца, что сделает невозможные двойные голосования или голосования за других.  Также система блокчейн, которая  сегодня массово используется в разных сферах, могла бы максимально обезопасить наши данные.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here